- Скоро приедет и расскажет нам обо всех своих решениях.
Тяжело вздохнув, Каллен отправился в свою комнату. В этот момент с коридора вошел охранник с едой на подносе.
- Ваша еда, - обратился к Эдварду.
- Моя еда… - повторил парень, направившись к мужчине. Оказавшись рядом, он неожиданно выбил поднос из рук, еда с посудой с грохотом разлетелась во все стороны.
- Иди нахрен со своей едой! Я объявляю голодовку! – истеричным тоном рявкнул Эдвард.
Том, сидя на террасе, досадливо поморщился, понадеявшись на то, что его все-таки уволят, и не придется быть свидетелем противостояния двух Калленов.
Охранника, принесшего еду, никак не смутили выходки и заявления подростка.
- Распоряжусь, чтобы здесь прибрали, - бросил он спокойно Эдварду прежде, чем уйти. Но когда сотрудник из персонала попытался войти в комнату, чтобы убрать, Каллен в ярости начал бросать в него посуду и другие предметы, с воплями:
- Вон отсюда! Сюда войдет лишь тот, кто принесет мне телефон!
- Но мистер Каллен запретил… - оправдываясь и спасаясь от летящих предметов, служащий выскочил из комнаты, захлопнув за собой дверь и услышав, как об нее разбилось что-то бьющееся.
Эмметт привез Брендон с Маккой к их дому. Девочки вошли в квартиру и какое-то время молча сидели на кухне, не решаясь заговорить, чтобы вновь не вызвать потоки слез у несостоявшейся невесты. Элис, стараясь не впадать в истерику, пыталась сообразить, как ей поступать дальше и с чего стоит начать. На ее телефон позвонила мама, чтобы поздравить молодоженов с радостным событием.
- Мама, - дрогнувшим голосом промолвила Элис, которой все-таки не удалось сдержать очередной приступ слез, - нас не расписали. Отец Эдварда помешал свадьбе… Он увез его куда-то…
От рыдающего голоса дочери у Сьюзен подступил ком к горлу. Что же за человек такой этот Каллен, что может так просто лишить детей счастья и сделать их несчастными? Что теперь будет с Элис и с Эдвардом? Смирятся ли они с решением мистера Каллена или попробуют бороться за свое счастье? Маме очень хотелось забрать дочь домой и оградить ее от недоброжелательных людей и всего жестокого мира. Но Элис решительно заявила, что никуда не уедет из Нью-Йорка, пока не увидится и не поговорит с Эдвардом.
- А что теперь делать с «Будущим Америки»? – огорченно спросила мама. – Мистер Керинтон дал добро на кредит и готов перечислить деньги на счет школы…
- Пускай перечисляет, - промолвила Элис, пытаясь прекратить плач. – Если что, мы всегда можем отказаться и вернуть деньги.
Эдвард лежал на своей кровати в одежде и обуви, заложив руки за голову и размышляя о дальнейших своих действиях. Парень пытался предугадать, что ему скажет и как поведет себя отец. И на предполагаемые его действия готовил свои противодействия.
«Устроит мне домашний арест? Объявлю голодовку! И посмотрю, сколько он выдержит, зная, что его сын ничего не ест…»
Мысли Эдварда прервал стук в дверь и голос охранника:
- Мистер Каллен, Ваш отец уже приехал и ждет Вас в своем кабинете!
- Отлично, - злобно пробормотал парень, быстро поднимаясь и направляясь к выходу.
- Удачи, - пожелал ему Том, появившийся на выходе из террасы. Эдвард ничего не ответил.
Эдвард вошел в кабинет отца без стука. Карлайл сидел за своим рабочим столом. Подросток, не поздоровавшись и не дожидаясь приглашения, уверенной походкой приблизился к столу, не спуская с отца враждебного взгляда, и сел напротив. Он не знал, о чем именно известно родителю, поэтому первым начинать разговор не собирался. Выражение Карлайла было абсолютно непроницаемым, по нему невозможно было понять в каком он настроении и в каком эмоциональном состоянии.
- Надо же, - отец окинул сына чуть насмешливым взглядом, - как вырядился. Каков красавец. Настоящий жених. А ты невест случайно не перепутал? А, сынок?
«Он знает про свадьбу, - понял Эдвард. – Откуда?»
- Не перепутал, - уверенным, угрюмым тоном промолвил вслух.
