— Встань сюда, здесь идеальная высота. — Он ставит меня коленями на
стулья и раздвигает мои ноги для лучшего обзора. — Чёрт возьми, Элла. У те-
бя самая красивая маленькая киска, которую я когда-либо видел.
Я смотрю вниз, смущенная его пристальным вниманием.
Он опускается на колени и раздвигает губки моей киски своими пальцами.
Затем, без предупреждения, он вводит прямо в меня один из своих пальцев,
начиная сосать и лизать мой вход, загибая палец внутри. Он делает замеча-
тельные, удивительные вещи, которые заставляют меня извиваться, верещать
и лезть на проклятые стены. Всё, что он делает – совершенно правильно. Но
вскоре он находит что-то ещё, и это становится ещё лучше. Он ласкает мои
губки и клитор, пока я не собираюсь кончить, а затем снова скользит в меня
своим толстым пальцем.
— О, мой грёбаный Бог,— шепчу я, пока он потирает меня изнутри, пере-
мещая подушечку своего пальца на мою точку G. Я начинаю ёрзать на стуле,
когда давление и напряжение становятся слишком сильными. Я развожу ноги
шире и раскрываю внешние губки киски, чтобы ему было легче попасть внутрь.
Я сажусь на его лицо, зная, что нарушаю правила, и нисколько не забочусь о
наказании. Он прижимает свою свободную руку к верхней части моей киски,
удерживая меня в том же положении, а затем засасывает мой клитор и засовы-
вает в меня ещё один палец.
И это происходит. Толкает меня через край. Я бормочу и кричу изо всех
сил, пока кончаю, разбрызгивая мои горячие, сладкие соки на красивые стулья
с мягкой обивкой.
— Ты чёртов гейзер, — говорит он, смотря на беспорядок, который я ус-
троила, пока я дрожу от толчков.
Я киваю.
— Я знаю, — говорю я.
— Я запомню, — говорит он и встаёт, а его огромный член подпрыгивает,
когда он делает это. — Но пока, мы займёмся твоим наказанием. Ты нарушила
правила, Элла.
— Да, сэр, — говорю я, опуская глаза и всё ещё дрожа от самого интенсив-
ного оргазма, который у меня когда-либо был.
— И как ты хочешь быть наказана, маленькая саба?
— Как вы сочтёте нужным, сэр.
Из его рта выходит рычащий шум.
— Не говори о том, чего не имеешь в виду, Элла.
Я встречаю его тяжёлый взгляд.
— Я никогда так не делаю, сэр.
— В таком случае, — говорит он, — нам придется подождать с твоим нака-
занием, пока я не оборудую всё должным образом.
— Оборудование, сэр? — Спрашиваю я, мои глаза всё ещё опущены, а
ресницы порхают по щекам.
Он снова стонет, на этот раз немного дольше.
— Да, Элла. Мне нужны некоторые вещи из моего номера в отеле. Я забе-
ру тебя сегодня после своих вечерних встреч.
— Да, сэр, — моё сердце скачет, когда я думаю о том, что увижу его снова.
— Теперь, — говорит он, наклоняясь и беря мои запястья. — Моя очередь
посмотреть, что могут сделать эти маленькие ручки.
Я хватаю его член обеими рука и начинаю гладить. Он чувствуется удиви-
тельно мягким и бархатистым, но в тоже время твёрдым и крепким. Я не могу
дождаться, когда он окажется внутри меня.
— Мне нравится, как мой член смотрится в твоих крошечных руках, — го-
ворит он и толкает себя в мои руки.
— Спасибо, сэр, — говорю я мягко, стараясь подарить ему, такое же фан-
тастическое наслаждение, какое и он подарил мне.
— Чёрт, да, именно так, Элла, — говорит он, когда я глажу его спиралео-
бразными движениями, когда каждая рука двигается в своём направлении. —
Да, бл*ть, это оно, милая, именно так.
Его огромный член, кажется, увеличивается ещё сильнее, а затем с гор-
танным шумом он кончает, извергаясь по всей длине моего бедра.
Когда его дыхание восстанавливается, он наклоняется ко мне.
— Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел, Элла. И вме-
сте мы познаем море удовольствия.
— Да,сэр, — говорю я, когда он оставляет поцелуй на моей щеке.
Глава 6
Я смотрю на Эллу, пока мы чистим и приводим в порядок нашу одежду. Её
движения плавные и грациозные, как будто у неё есть строгое этикетное воспи-
тание для дебюта на первом балу. Но девушки, здесь живущие, не могут быть
дебютантками на балах, богатые девушки верхнего Ист-Сайда не живут в Ден-
вере.
Не говоря уже о том, что богатая дебютантка никогда не будет работать
официанткой, независимо от того, каким хорошим является ресторан.
Я собираюсь спросить её об этом, когда дверь в гардеробную распахи-
вается.
Бл*ть. Я был уверен, что запер её.
Длинноносый метрдотель смотрит на нас, размахивая ключами от гарде-
робной.
— Что это значит, Элла? Что ты здесь делаешь? Это НЕ такое заведение.
К его счастью, он не повышает голос и не ругается. Если бы он начал гово-
рить с ней как-то неуважительно, то я бы вмешался.
Странно, но метрдотель кажется разочарованным.
— Да, сэр. Мне очень жаль, сэр, — говорит Элла, глядя в пол.
— Элла, я не могу держать тебя здесь. Ты должна это знать. Тебе повезло,
что я не собираюсь звонить в полицию за непристойное поведение в обще-
ственном месте.
— Конечно, сэр. Я просто возьму свои вещи и уйду.
— Да, я думаю, так будет лучше, — худой мужчина поправляет галстук и
смотрит на меня. — А вам, сэр, больше не рады в «ЛеМеркюр».
Я улыбаюсь ему.
— Я получил то, зачем приехал, — говорю я, наслаждаясь ужасом, кото-
