- Адель, надень это, - попросила она, подходя ко мне и откидывая крышечку.
Заглянув в ларчик, я ахнула:
- Откуда это?!
- Это часть твоего приданого, - сказала матушка, довольная произведённым эффектом. - Я собиралась преподнести тебе это перед свадьбой, но... сегодня тоже особенный день. Может, ты встретишь свою судьбу.
Даже слова о свадьбе не смогли приглушить мой восторг.
На тёмно-синей подложке искрились бриллиантовые незабудки, собранные в цветочное ожерелье, в центре которого сверкал алмаз чистейшей воды. Это было произведение искусства, и руки сами потянулись, чтобы прикоснуться и убедиться, что это не сон.
Матушка помогла мне надеть украшение и развернула к зеркалу. Теперь понимаю, почему она так настаивала, чтобы я заказала белое платье. На первый взгляд и платье, и ожерелье выглядели довольно скромно, и прекрасно сочетались друг с другом. Это было роскошно, но не вызывающе.
Оставив меня любоваться своим видом, матушка отправилась к себе, заканчивать свой туалет. Через десять-пятнадцать минут нужно отправляться во дворец.
Отпустив Ирен, я закрыла дверь и принялась дополнять свой наряд неожиданным элементом. Вымочив в воде тонкое полотно, завернула в него сушеные травы и, приложив к колену, туго перебинтовала. Надеюсь, это хоть как-то поможет. Ведь мне предстоит провести на ногах целую ночь. Да и за Изабеллой нужно проследить. Задание феи не пробудило во мне никаких патриотических чувств. Я не собиралась ничего сообщать правящему семейству. И меня за это никто не осудит. Все знают, что феям лучше не противоречить. С ними даже короли не связываются. Да что короли - маги стараются их не задевать, хотя справиться с ними могут запросто. Просто эти существа очень мстительные, и память у них хорошая. Так что если придворный чародей оказался настолько недальновидным, что обидел одну из этих злопамятных фурий, пусть сам теперь и расхлёбывает. Встревать в их разборки - всё равно, что оказаться между молотом и наковальней. Нет, поручение, данное мне, я собиралась выполнить обстоятельно и на совесть.
***
Бесконечно длинная вереница карет растянулась по главной столичной улице, ведущей к королевскому дворцу.
Очередность была простой - чем высокороднее семья, тем быстрее она попадала в Большую Парадную Залу. Мы, понятное дело, были в самом хвосте. Ждать пришлось несколько часов, что было неудивительно, ведь сюда съехалось всё дворянство. Оставалось только радоваться тому, что государство у нас довольно маленькое, а численность населения невелика.
Но всё когда-нибудь кончается, и наше ожидание тоже подошло к концу. Мы с матушкой вылезли из кареты и влились в число тех, кто поднимался по ковровой дорожке, устилавшей мраморные ступени. Двигаться приходилось достаточно быстро, чтобы процесс попадания внутрь не растянулся до утра.
Войдя в огромный холл, мы, как и все до нас, подошли к распорядителю в церемониальных одеждах, державшему в руке свиток. Матушка назвалась, нас отметили в списке, и короткий кивок позволил пройти дальше.
Конечно, впервые оказавшись во дворце, хотелось осмотреться, когда ещё представится такая возможность? Но мы очутились перед невероятно длинной, натёртой до блеска, мраморной лестницей... Ненавижу большое количество ступенек! Только делать нечего, вцепившись в локоть матушки, я с максимальной осторожностью начала подниматься. Преодолев это препятствие, мы оказались перед высоченными белыми дверями, украшенными позолотой. Не дав нам даже дух перевести, их отворили два лакея. Церемониймейстер, сверившись со списком, объявил нас. Правда, на это мало кто обратил внимание. В Парадной Зале стоял гул голосов. Толпа, набившаяся сюда, разбилась на группки. Весь цвет высшей аристократии расположился, как и следовало ожидать, вокруг трона, находившегося в другом конце. Здесь же, у самых дверей, теснились мелкие дворяне. Вроде нас.
Найдя себе свободное местечко, мы с матушкой перебрались туда, чтобы отдышаться и прийти в себя - всё же переброска из кареты в зал проходила в несколько ускоренном темпе.
Восстановив дыхание, я начала осматриваться.
Да, Большая Парадная Зала и в самом деле была большой. Огромной. Потолок вознёсся метра на четыре. С него свисали четыре хрустальные люстры, каждая на тысячу свечей. По всему периметру возвышались величественные колонны. Наверное, именно на них ложилась вся нагрузка, так как стены состояли сплошь из узких, высоких стрельчатых окон, между которыми стояли массивные вазы с цветами. Всё вокруг было отделано белым мрамором с розоватыми прожилками и позолотой.
