Я вскинула бровь, удивленная как его тоном, так и озвученным предложением. Нет, поговорить мы любили и раньше, но сегодня эта фраза была произнесена так, будто вот-вот меня отчитают за плохое поведение в школе.
– Я провинилась, господин заместитель генерального директора? – усмехнувшись, постаралась перевести разговор в шутливую форму.
Макс оторвался от бумаг, в которые вчитывался до этого, бросил их на стол и, нервно подтянув выше и без того закатанные до локтей рукава рубашки, поманил меня к себе.
– Войди и закрой уже дверь, Кира, – сказал он устало.
Что ж, хорошо, это мне не сложно. Наверное. На седьмом шаге к нему я поняла, что неосознанно замедляюсь. Будто и правда на ковер к директору школы вызвали. Спустя еще три шага замерла. До Макса оставалось не меньше двух метров, но преодолевать их не осталось ни сил, ни желания.
– Я слушаю, – поборов желание сбежать, сцепила руки и вперилась в знакомое лицо. Я так привыкла видеть его едва ли не каждый день, что теперь, казалось, знала каждую черточку, а еще научилась угадывать по мимике настроение.
Вот он слегка скривил губы вправо, а на лбу мелькнула горизонтальная складка: сердится, значит, но показывать этого не хочет.
– Как тебе наш новый сотрудник? – отвернувшись, Макс посмотрел на карту города, выполненную из пластика и прикрепленную к одной из стен. – Эскин. Как он тебе?
– Хороший парень, – ответила честно.
Минаев передернул плечами, громко вздохнул и снова уставился на меня. Теперь откровенно зло.
– И чем же он так хорош?!
Я пожала плечами:
– С ним легко общаться…
Макс захохотал, перебив меня.
– Милая Кира, – две секунды, и он преодолел расстояние между нами. Навис сверху, заставляя запрокинуть голову, и прошипел: – У меня начинает складываться впечатление, что тебе вообще со всеми… легко.
– Что? – я даже не разозлилась, хоть и поняла подтекст в его словах. Нет, всю меня до краев наполнило удивление. От кого-кого, но не от Макса я могла услышать подобное. Он ведь никогда такого не позволял. Никогда раньше…
– Смотрел сейчас Светочкин Инстаграм, – продолжил тем временем развивать мысль Минаев. – Ты подписана на нее? Я нет, но Марина подписалась после корпоратива. Сегодня она мне репост оттуда прислала. Смотри. Такая прелесть.
Мне под нос ткнулся смартфон.
На экране Данила трепетно касался моих губ, а я смотрела ему в глаза, аки влюбленная лань на долгожданном выпасе.
Ниже стояли два тега: «#весне_все_возрасты_покорны» и «близкие_коллеги».
Ну, Светочка, ну дрянь…
– И? – спросила, прекрасно понимая, что мог напридумывать себе любой, кто увидел фото. А еще удивляясь тому, что ни мама, ни Анька еще не звонили. Наверное, Светка-гадина специально “забыла” меня отметить на фото, чтоб я подольше рот не открывала и дала всем вдоволь насмотреться на свое аморальное поведение.
– Значит, ничего такого? – смартфон исчез в кармане Минаева. – Все у тебя в норме?
– Да, неплохо, – кивнула, уже представляя, как сжимаю Светкину шею.
– А мне недавно пела, что от мужиков кодироваться будешь, – напомнил злющий босс.
– Так ты же мне и сказал, что от них не кодируют, – вернула ему подачу. – Я смирилась и покорилась судьбе.
– Судьбе с еврейской фамилией, – философски закончил Макс.
Смогла только снова плечами пожать. И тут же была за них схвачена.
– Кир! Ты мне только два дня назад затирала, что тебе это все не надо. Что изменилось?
Я слегка обалдело заморгала. Совсем как его дурочка Мариночка.
– Макс… Ты серьезно? Что за ерунда? У нас и было-то все случайно, мы же договорились, – пробормотала, пряча взгляд в вороте его рубашки.
– Серьезно, – он не отпускал, – скажи мне. Или я стал проходным билетом? А? Помог избавиться от некоего комплекса и распахнул двери всем желающим?
Ну все! Это уже было перебором.
– Пошел бы ты! А ну пусти!
Дернувшись, ткнула в его грудь пальцем и злобно зашипела:
– Не твоего ума дело, перед кем и что я распахиваю. Хоть душу, хоть сердце, хоть ноги! Ясно? У тебя невеста, Минаев! И как все мы заметили, вы с ней по-прежнему вместе большому боссу на радость! Не могу только одного понять: почему я вынуждена тебе напоминать об этом каждый раз? Или верность для тебя – пустой звук?
Он молчал. Смотрел на меня огромными глазами, сжимал зубы так, что скулы стали квадратными, и не отвечал.
Что ж, может, так и должно быть? Может быть, здесь и нечего отвечать? Я все сказала за него и за себя. Сама справилась, как всегда!
Резко развернувшись на каблуках, помчалась к выходу, позволив себе громко хлопнуть дорогущей дверью.
А он не окликнул и следом не побежал, как читала в прочитанных сказках. Выходит, я не принцесса. Или просто он – принц не из моего романа. Он из романа Соколовых, где в главных ролях Мариночка с тощими ножками и длинными музыкальными пальцами.
Я неслась от офиса фурией, погруженной в собственные мысли. И лишь столкнувшись с чьим-то железобетонным торсом, поняла, что ко мне обращались.
– Кир, – явно не в первый раз позвал Данила. – Ты чего такая бешеная? Случилось что-то?
