– Принц ищет свою жену, – глядя на Виту и не обращая на оборотня внимания, продолжила Ники, – но он еще не знает, что Бруни в безопасности во дворце, и у нее начались роды. Твоя задача, Вителья, найти его, сообщить необходимую информацию и вывести наружу с минимальными потерями, желательно прямо во дворец – мэтр Квасин уже предупрежден, он тебя пропустит, если ты решишь открыть портал. Думаю, говорить о том, что за жизнь Его Высочества Аркея вы все отвечаете головой, не стоит?
– Не стоит, – согласился рю Воронн, потянув меч из ножен. В его черных глазах плескалась тьма, словно не было Белой горы, накрытой молочным туманом, будто саваном, и не существовало клыкастой смерти, притаившейся в хитросплетениях подземного лабиринта. – Но у Его Высочества есть портальный перстень, который он мог бы…
– Не мог бы! – прищурилась Никорин. – Принц никогда не оставит свой полк, а перстень на такое количество людей не рассчитан.
Вита кивнула. В крови уже танцевали обжигающие пузырьки азарта, приглушая впечатление от видения о несостоявшемся конце света.
– А почему вы сами не можете вывести Его Высочество? – заалев щеками, спросил Попус.
– Потому что Его Величество Ласурский король при смерти, – отчеканила архимагистр. – Разорваться между ним и наследником я не могу, – она посмотрела на Виту: – Будь на связи! – и исчезла.
– Милосердные братья Его Величеству Редьярду здоровья и сил пошлите! – ахнула Торусилья.
– Не время молиться, уважаемая Тори, время убивать! – по-волчьи усмехнулся Ягорай и толкнул калитку. – Вита, веди. Аль, нам нужен свет, много света.
– Есть! – совсем по-военному ответил маг, зашептал заклинание и выпустил из горсти магических светляков, взлетевших под потолок и осветивших бесконечные коридоры Вишенрогской канализации.
Лиф платья Ее Высочества Бруни мэтру Жужину пришлось разрезать – не было времени облачить принцессу, поступившую к нему в покои прямо из Золотой башни, в одежды, подобающие царственной роженице. Сейчас, между раздвинутыми половинками лифа, на пышной груди принцессы сладко сопел младенец, чью головку украшали густые темные волосы.
– Вылитый Его Высочество Аркей в детстве, – вытирала слезы герцогиня рю Воронн и как заведенная гладила принцессу по плечу, – и волосики, и носик, и ротик… Интересно, чьи будут глазки?
– Или мамины, или папины! – важно кивнула матрона Вистун. – Мне кажется, нам пора выпить!
– Клози! – возмутилась Ванилька.
– Кроме Ее Кормящего Высочества, разумеется, – улыбнулась та.
– Молока-то нет, чем же я буду Рэдьку кормить? – слабо прошептала Бруни. Ее щеки были мокрыми от слез и пота, но губы улыбались.
– Будет молоко, куда денется, – со знанием дела сообщила Персиана и выглянула за ширму.
– Как там? – громким шепотом спросила Клозильда.
Персиана вернулась к кровати принцессы и молча покачала головой.
– Арку сообщили уже? – прошептала Бруни, накрывая ладонью смешной затылок Редьярда Ласуринга-младшего и разглядывая завитки темных волос на его макушке – точно, как у Аркея.
И не заметила, как переглянулись подруги.
– Я сейчас же разыщу его, Ваше Высочество, – торопливо поднялась Фирона.
Графиня рю Воронн поманила Ваниллу за ширму, вышла и замерла.
Королевский шут тихонько раскачивался, закрыв лицо руками, потому что сосредоточенная тишина, окружавшая Ожина и молодого ученика мэтра Квасина, стала иной…
В комнате неожиданно возникла архимагистр Никорин, положила руку на плечо Жужина. Тот, не глядя на нее, отрицательно качнул головой.
– Не позволю! – негромко сказала Ники.
– Мы испробовали, что могли… – прошептал целитель.
И в этот момент из-за ширмы раздался испуганный голос принцессы:
– Мэтр, со мной что-то происходит… Пресвятые тапочки… Опять!
– Мэтр, сюда! – взревела Клозильда. – Скорее!
Целитель поднял полные муки глаза на архимагистра.
– Идите, – прищурилась она и, опустившись на колени рядом с Дрюней, взяла холодную руку короля в свои.
– Его сердце бьется только потому, что я держу контур… – глухо сказал Серафин. – Мои действия?
– Держите, – сквозь стиснутые зубы процедила Ники, – держите, Варгас! Перед вами – не простой обыватель, а король Ласурии! Он не может просто взять и умереть от сердечного приступа!
– Фактически он уже мертв… – прошептал маг. По его лицу текли струйки пота, а ладони, которыми он водил над телом Редьярда, дрожали.
Архимагистр прикрыла веки, и Серафин ощутил, как под ногами заколыхался пол. Из-за ширмы донесся полный страдания крик Ее Высочества, но слышать его Серафину было не так больно, как смотреть на постепенно обретающее покой лицо короля.
– Что?! – вдруг раздался полный изумления вскрик мэтра Жужина.
Эмоция была настолько не характерна для целителя, что и Варгас, и Ники оглянулись на ширму, откуда доносился голос.
– Что?! Этого не может быть!
– Да что происходит-то, мэтр! – заорала Клозильда так, что задрожали стекла в окнах. – Чего вы орете?
Крик Бруни перешел в тяжелое дыхание и стоны.
– Это вы орете, матрона Вистун, – сердито ответил целитель, – мешаете Ее Высочеству рожать!
– Что-о-о?! – взревела Клози. – Как рожать? Она уже родила!
