Времени на раздумье не было и он, схватив со стола тяжёлый нож, которым недавно резал мясо, метнул его человека с капюшоном. Тот оказался на удивление проворным и успел увернуться. «Взять его!» – закричал он, указывая на Диму. Стражники ринулись к нему, но они не учли одного – почти все здесь были на его стороне. Поэтому ближайшие к Диме стражники легли на пол с проломленными черепами и рваными ранами, не добежав до него пары метров. Перемахнув через стол, он подобрал выроненную стражником саблю и зарубил ещё одного, рассчитывая подобраться к чёрному плащу. Тот сообразил, что необходимо сменить тактику и велел стражникам сомкнуть строй, а сам встал за их спинами. Теперь атаковать их стало сложнее, стоя плечом к плечу, они отбивались пиками, поэтому в них полетели столы и стулья. Под напором рыбаков им всё равно пришлось бы уйти или погибнуть, если бы не подмога в количестве ещё десятка стражников. Теперь они почувствовали себя увереннее и стали теснить рыбаков. Одним из первых погиб Брам, его пронзили сразу несколько пик в тот момент, когда он, сидя на враге, пытался перерезать ему горло ржавым, специально затупленным ножом. Такие ножи выдавали посетителям таверны, чтобы они могли резать жареное и варёное мясо, но не могли навредить друг другу в пылу ссоры. За Брамом последовали другие, и скоро стало понятно, что шансов у рыбаков нет. Неожиданным для всех оказалось внезапное появление Василиска из двери подвала. Он выскочил полуголый с длинным кривым кинжалом и весь в крови, и так напугал своим видом стражников, что успел уложить двоих из них прежде, чем они поняли, что это всего лишь человек.
– Уходите! – закричал он Диме. – Нас предала служанка! Но её больше нет!
Дима побежал к выходу на задний двор, за ним последовали уцелевшие члены его команды. На пороге он обернулся и увидел упавшего на колени друга.
– Прощай, Василиск! – крикнул он, и выпрыгнул в бушующую снаружи вьюжную мглу.
Он повёл людей через лес, чтобы оторваться от возможных преследователей. Но, похоже, за ними никто не шёл, значит, рыбаки ещё держалась. В лесу было так темно, что Дима не видел и на шаг впереди, и приходилось продираться сквозь бурелом, то и дело проваливаясь в сугробы и натыкаясь на деревья. К счастью, всё ещё светила луна – ориентируясь по ней, они хотя бы могли двигаться в нужном направлении. Где-то невдалеке завыли волки, наверно, собираясь на охоту. Огромные агриокские волки, которых даже медведи боялись и самые отважные охотники обходили стороной за десятки миль.
– Дождь, – крикнул кто-то. – Волки рядом. Что делать будем?
– Ничего. Дальше можем идти шагом. Они нас не тронут.
С ним не стал никто спорить, все знали, что он отвечает за свои слова. Так оно и получилось, до корабля они дошли без приключений. На палубе, несмотря на темноту, опытная команда действовала быстро и слажено. Дима, стоя на мостике под масляным фонарём, вокруг которого крутились снежные мотыльки, отдавал приказы, а рыбаки, чудесным образом протрезвевшие, карабкались по вантам, поднимали якоря и ставили паруса.
К счастью, дул попутный ветер, и «Калипсо», выйдя из бухты, с хорошей скоростью помчался к острову Правды.
Проснулся Дима довольно поздно. Он не сразу встал с кровати, а полежал некоторое время, стараясь получше запомнить странный сон. Если бы он поднялся сразу и занялся привычными делами – типа приготовлением кофе, стоянием в задумчивости у окна, разговором с самим с собой на неуловимые темы, то быстро и непоправимо забыл бы свой сон. А так, лёжа неподвижно в постели, он мог выловить из зыбкой памяти хотя бы некоторые детали ночного видения. Только убедившись, что вспомнить больше ничего не удастся, он поднялся и пошёл в ванну, чтобы почистить зубы и умыться. Да уж, – удивлялся он, – приснится же такое, какой-то фантастический блокбастер, в жизни такого не бывает… В зеркале он увидел своё грустное и потрёпанное отражение со странно вставшими на левой стороне головы волосами. Совсем не тот человек, каким он видел себя во сне. Невозможно было представить, чтобы у того рыбака было по утрам такое лицо и такая причёска. Если он и бывал по утрам растрёпан, то совершенно иначе, и не выглядел из-за этого нелепо. Тот человек вообще не стал бы стоять у зеркала с дурацким видом, думать то, о чём сейчас думал Дима и рефлексировать по поводу предыдущего воплощения. Он явно был сильным, уверенным и знал, чего хочет. Он решительно побрился бы ножом, быстро ополоснул голову холодной водой и пошёл по делам. Отчего такое несоответствие с моими прошлыми жизнями, – подумал Дима, – если, конечно, это в самом деле мои прошлые жизни, а не просто какие-нибудь галлюцинации…
Выпив средней крепости кофе, он решил сходить в тренажёрный зал. Большая физическая нагрузка благотворно влияла на него, избавляя от неприятных мыслей и успокаивая нервы.
В тренажёрном зале он нашёл Велемира Адроныча. Тот, лёжа на скамье, готовился к жиму. От изумления Дима даже не поздоровался.
– Жмёте!? – воскликнул он.
