Микола развернул КамАЗ кабиной к воротам. Арсений захватил пластиковую сумку с деньгами. И, опасливо оглядываясь по сторонам, они вдвоём пошли искать столовую.
На этот раз им повезло: удалось не только прекрасно пообедать, но и закупить в буфете продуктов на оставшуюся дорогу. Довольный Микола укладывал в сумку поверх денег пакеты с пирожками и котлетами "в тесте". Купили и бутылку российской водки: угостить дома, в гараже, слесарей. Хотя до дома было немногим более, чем они уже проехали, но вторая половина дороги всегда пролетала быстрее. От Питера -- до Пскова, от Пскова -- до Опочки, а там -- Себеж. И дальше -- всё, дальше -- Беларусь. И не важно, что от границы ещё шестьсот километров пути. Беларусь -- это уже дома. В Беларуси -- все свои: и менты -- крохоборы на Лепельском посту, и рэкетиры на Олимпийской трассе. От них от всех даже откупаться приятно: всё равно как перекладывать деньги из одного своего кармана в другой. Свои -- не чужие, своим -- можно, своим -- не обидно.
Настроение после обеда поднялось. Да чего там говорить: для сытого человека мир прекраснее, чем для голодного. Но сытый человек и беспечнее: нет бы сначала выглянуть тихонько на улицу, хоть краешком глаза. Опьянели от еды, потеряли осторожность, выскочили из дверей с довольными улыбками на лице и -- прямо в милицейские объятия.
Два упитанных милиционера в новенькой, с иголочки, форме осмотрели растерявшихся от неожиданности Миколу и Арсения с головы до ног, и один из них резко спросил:
-- Документы!
Арсений и Микола протянули свои паспорта. Милиционер лениво перелистал странички обеих книжечек, нарочито небрежно посмотрел прописку, боковым зрением наблюдая за реакцией ребят, и снова резко сказал:
-- Ну что, братья-белорусы, почему нарушаем?
-- Что мы нарушили? -- спросил Арсений.
-- Закон, -- сказал милиционер. -- Закон об обязательной регистрации иногородних. Почему не зарегистрировались?
-- Мы только что приехали.
-- Слышал я эти сказки, -- усмехнулся милиционер и, обращаясь к своему напарнику, добавил: -- Ну, все, блин, до одного только сегодня приехали. Вчера в Питере ни души не было, ни одного человечка. А сегодня все раз -- и приехали. Заметь: ни один вчера не приехал -- все только сегодня!
Милиционер положил паспорта в нагрудный карман и сказал:
-- В отделе разберутся.
-- Командир, мы -- на КамАЗе, -- Арсений старался подавить волнение и говорить спокойно. -- Машина на стоянке, тут, недалеко. Час назад поставили. Охранник подтвердит. Мы поесть заходили да продуктов на дорогу взять.
-- Документы на машину, -- безразличным голосом сказал милиционер.
Арсений протянул техпаспорт.
-- Так, машина частная, -- констатировал милиционер. -- Что везём?
-- Метизы возили на Мурманск.
-- Что-что?
-- Болты, гайки разные, -- уточнил Арсений и протянул измятую накладную, проштампованную предусмотрительным Филиппенко.
Милиционер почитал накладную и сказал:
-- По датам сходится. По смыслу не сходится. Вы, ребятки, привыкли нас идиотами считать. Но даже идиоту понятно, что изготовить болты в Мурманске будет дешевле, чем оплатить только перевозку. Или в Мурманске заводов нет? Проверим и накладную: на предмет подлинности содержащихся в ней сведений.
Он сложил бумаги и сунул их в нагрудный карман к паспортам. Потом спросил:
-- В сумке что?
"Найдут деньги -- труба", -- подумал Арсений и ответил, раскрыв для обзора сумку:
-- Консервов купили, пирожков, пива пару банок.
Милиционер увидел бутылку водки и сказал:
-- Водка -- правильное пиво. Так, что ли? Пьёте за рулём?
-- За столом, -- вставил молчавший до сих пор Микола. -- Командир, войди в положение: нам ещё "пилять и пилять", каждая минута дорога.
-- А вы, ребятки, в наше положение входите? -- спросил второй милиционер.
-- Так не первый день на трассе, -- с этими словами Арсений достал из набитого мелкими купюрами портмоне сто рублей пятидесятками и протянул первому милиционеру.
Тот деньги не взял и сказал:
-- Издеваешься?
-- Ребята, мы же -- не чурбаны, -- снова сказал Арсений, добавив к купюрам ещё одну пятидесятку. -- Мы ведь палёную водку не возим. Сами, -- и он показал на бутылку, -- вот! -- в магазине покупаем.
-- Были бы чурбаны -- и разговор другой был бы, -- при этом милиционер, забравший документы, потрогал рукой висящую на поясе резиновую палку. -- Ты что, тарифов не знаешь?
-- На трассе полтинник -- выше головы, -- сказал Арсений.
-- Так то на трассе. А здесь вы так увязли, -- милиционер похлопал себя по нагрудному карману, -- что -- ох как! -- не скоро дома будете. А про машину сразу забудьте: заберут машину за оплату стоянки.
Микола шагнул немного вперёд, полез во внутренний карман телогрейки, достал ещё сотку и протянул милиционеру. На внешней стороне кисти руки на мгновение мелькнула флотская татуировка. Но милиционеру хватило этого мгновения: детали происходящего не ускользали от его цепкого взгляда.
-- Северный флот? -- спросил он.
-- Сильный флот, -- ответил Микола.
-- Боевая часть пять? -- снова спросил милиционер.
-- Угадал, -- подтвердил Микола. -- Командир отделения дизелистов.
