– Но… твои родители этого не разрешали! Они знали, что тебе очень нравится нырять, но хотели, чтобы твои детство и юность были нормальными, насколько это возможно.
– Что? – Леон совсем перестал понимать происходящее. При мысли о родителях у него защемило сердце.
Эллин покачала головой:
– Прости, Леон. Незадолго до смерти Джона и Жюльетты я перешла в исследовательский проект в Корее и больше не следила за твоей судьбой. Не знаю, сможешь ли ты меня простить. Я думала, сестра Джона – твоя тётя – заберёт тебя к себе…
Леон механически покачал головой – от такой новости у него отвисла челюсть. У него есть родственники?! Да что эта женщина несёт! Словно издалека он заметил, что Карима всё ещё держит его за руку.
Усилием воли Леон взял себя в руки. Нельзя терять нить разговора – надо выяснить как можно больше.
– Мои родители до самой смерти продолжали работать над окси-скинами?
– Да и нет. Поначалу мы были сплочённой группой, но потом всё развалилось. – Эллин вздохнула. – Один участник программы погиб – это выбило нас из колеи, и несколько членов команды по разным причинам её покинули. Кроме того, постоянно велись споры по поводу стратегий ARAC, а я сильно из-за этого переживала, потому что встречалась с одним из участников проекта – Джеймсом Эллардом. В конце концов мы расстались, хотя нам обоим это решение далось нелегко…
– Джеймс Эллард? Это ведь твой наставник, да? – шепнула Карима, и Леон кивнул. Жизнь всегда представлялась ему непрерывным потоком, текущим из одной точки в другую. Но теперь она показалась ему тонкой как шёлк, почти невидимой сетью. Тут и там в ней застряли события, воспоминания… И эта сеть соединяла всех людей в его жизни.
Но многие ячейки сети были всё ещё невидимы, и десятки вопросов роились у него в голове, дожидаясь своего часа.
– Из-за каких стратегий велись споры?
– Например, для увеличения улова планировалось забросить здесь в море тысячи пластиковых шлангов, чтобы качать из глубины на поверхность холодную воду, насыщенную питательными веществами. Насколько я знаю, год или два назад этот план всё-таки осуществили.
Леон покачал головой. А как же обитатели глубин – их что, тоже засасывает в трубы и выталкивает на поверхность? Повезло, что он ни разу не наткнулся на эти шланги.
– А ещё твои родители сильно возражали против бессмысленного и опасного проекта «Горячие источники»: планировалось добывать энергию из подводных гейзеров…
Леона словно током ударило. Он думал о горячих жёлтых клуба́х над вулканом Лоихи, о подавленном настроении на «Фетиде», о том, как решительно Фабьенн Роджерс воспротивилась его намерению самому посмотреть, что происходит там, внизу… Неужели ARAC в самом деле пробурил скважину в подводном
Кто-то заглянул ему в лицо.
– У него глаза остекленели, – встревожилась Карима.
– Может, он под кайфом? – предположила Эллин.
– Нет, он не такой.
– Я… мне надо подумать, – сказал Леон, встал и побрёл прочь.
Карима бросилась за ним, но вскоре увидела, что Леон замкнулся в себе: на вопросы он отвечал односложно или не отвечал вовсе. Лишь потом, когда они, накрывшись одолженными у ноу-комов одеялами, лежали рядышком на туристических ковриках на веранде хижины, глядя на звёзды, Леон тихо поделился с Каримой своими предположениями. Та не поверила своим ушам:
– Ты правда считаешь, что они на такое пошли? Но разве об этом не трубили бы все газеты?
– Может, они не добились разрешения на проект и провернули всё тайком, – предположил Леон. – Видимо, что-то пошло не по плану. Недавнее моретрясение… возможно, его вызвало бурение скважины. На суше бывали такие случаи.
– Думаешь? Но полной уверенности у тебя нет.
– Нет, – жёстко ответил Леон. – Поэтому я свяжусь с ARAC. Хочу хотя бы выслушать, что они скажут.
Кариму пробрала дрожь. Неужели он действительно собирается пойти на контакт с людьми, от которых бежал?
– А вдруг они тебя найдут? Местонахождение сотового можно отследить. – Она села – под одеялом сразу потянуло сквозняком, – достала из кармана шорт телефон и ненадолго его включила. Уфф. Десять новых сообщений! Карима догадывалась, от кого они. – Надо поискать общедоступный телефон, а ещё – известить прессу!
– Достаточно ли будет наших доказательств?
Карима снова завернулась в одеяло: днём такая жара, а ночью весьма прохладно.
– Понятия не имею. Во всяком случае ты своими глазами видел, что́ там, внизу, творится. Надо попробовать подключить СМИ. Причём
– Ладно. Завтра куда-нибудь позвоним. В «Нью-Йорк таймс», например…
– Ну, не знаю, – покачала головой Карима. – По телефону они решат, что это детская шалость. Лучше съездить туда самим – в редакцию какой-нибудь газеты. А потом займёмся ARAC. – От мысли о противостоянии целому концерну Кариме стало не по себе. А ещё после побега предстоит объясняться с родителями… – Как-нибудь справимся, – сказала она, подбадривая больше себя, чем Леона.
– Нам понадобится удача.
– Может, моей хватит на двоих. Я родилась в воскресенье. У нас в Германии говорят, таким людям всегда светит солнце.
