“Наглая северная свинья!” Капрал Вэй сплюнул, обнажая меч и пришпоривая небольшую группку протестующих. Двое его товарищей последовали его примеру, но все трое резко остановились, когда Норта направил своего коня им навстречу.
“С дороги, ты, варварский ублюдок!” Скомандовал Вэй, слова сопровождались его обычным облаком слюны.
Норта обладал лишь элементарными знаниями о Чу-Шине, но Ваэлин сомневался, что он не понял, что имел в виду этот человек. Тем не менее он спокойно вытер слюну с лица, прежде чем потянуться через плечо за своим собственным мечом. “Не думаю, что мне нравится твой тон”, - сказал он, положив клинок себе на плечо.
Короткий стук копыт привлек Семона, Алума, Чиена и Эллизе на сторону Норты, в то время как полдюжины Красных разведчиков двинулись, чтобы прикрывать фланги Вэя. Ваэлин взглянул на Шо Цая, который, по-видимому, непринужденно восседал на своей лошади примерно в двадцати ярдах от него. Взгляд капитана был прикован скорее к Цай Лин, чем к разворачивающемуся противостоянию.
Ваэлин пришпорил свою лошадь поближе к Дай Ло, тихо говоря: “Офицер-подмастерье все еще офицер. Если ты не хочешь, чтобы кто-то из твоих людей погиб сегодня, я предлагаю тебе взять их под контроль”.
Взгляд Цай Лин перебегал с Ваэлина на его отца и обратно. Ваэлину показалось странным выражение его лица, скорее неохотное, чем испуганное. Было ясно, что от него здесь чего-то ждут, задание, которое он предпочел бы не выполнять. Он ненадолго закрыл глаза, прежде чем выпрямиться и пришпорить своего скакуна.
“Капрал!” Позвала Цай Линь. “Вложи свой меч в ножны и вернись в строй”.
“Отвали, третье яйцо”, - раздраженно ответил Вэй, не потрудившись повернуться. “Я подчиняюсь Дай Шин”.
“Не сегодня”. Цай Линь направил своего скакуна рысцой прямо на путь Вэя. “Сегодня ты отвечаешь передо мной”. Дай Ло протянул руку, чтобы отстегнуть железную звезду со своего наплечника, и на секунду взглянул в лица солдат по обе стороны от Вэя, прежде чем продолжить. “Этот человек оскорбил меня и поставил под сомнение мою честь. Я отказываюсь от привилегий ранга и настаиваю на сатисфакции. Стану свидетелем его трусости, если он откажется”.
Это вызвало короткий взрыв смеха, вскоре сменившийся нервной тишиной, поскольку Цай Линь продолжала выжидающе смотреть на капрала Вэя. Мужчина закашлялся и сунул меч обратно в ножны, пробормотав: “Моя сталь слишком хороша, чтобы марать ее об эту мразь”.
“Стой!” - Стой! - рявкнул Цай Линь, когда капрал начал разворачивать лошадь, и Ваэлин увидел, как покраснело лицо человека, застывшего в седле. “Вызов брошен, но ответа на него нет”, - продолжала Цай Линь. “Отвечайте, капрал”.
Солдаты по обе стороны от Вэя начали отводить своих лошадей, когда неоднократные взгляды на их капитана с каменным лицом дали понять, что он не намерен вмешиваться. Вэй еще мгновение посидел в седле, покрасневшее лицо дрожало, пока он не издал гортанный рык и не спешился. “Тогда ладно, щенок. Ты хочешь взбучки, я буду рад услужить.”
Он начал снимать доспехи, развязывая завязки на нагруднике и отбрасывая его в сторону, в то время как Цай Линь слез с лошади и сделал то же самое, хотя и с заметно меньшим волнением. Вскоре они стояли лицом к лицу с обнаженной грудью, Красные Скауты образовали вокруг них свободный круг. Ваэлин увидел, как Эллизе склонила голову в знак признательности при виде мускулистого торса Цай Линя, худощавого и отточенного, контрастирующего с широким коренастым телом его противника. На теле Дай Ло также не было никаких шрамов, в то время как на теле капрала их было много.
“Он не собирается вмешиваться”, - сказал Вэй, кивнув головой в сторону Шо Цая. “Ты знаешь это, верно, щенок?”
“Да”, - ответила Цай Линь. “За что я приношу свои извинения”. В его тоне не было насмешки, лишь слабое выражение искреннего сожаления.
Ваэлин вспомнил частицу мудрости мастера Соллиса на тренировочной площадке: Только дурак ввязывается в драку, которую он не может закончить. Цай Линь, как он уже хорошо знал, был далеко не дураком.
Вэй рассмеялся, повернувшись к своим товарищам и подмигнув, прежде чем резко опустить голову и броситься на Цай Линя, его правый кулак нанес удар в челюсть молодого человека. Это был стандартный трюк опытного драчуна, отвлекающий маневр в ожидании продолжительных угроз и подшучиваний перед началом настоящей драки. Однако выяснилось, что Цай Линь не была ни легко отвлекаемой, ни скандалисткой.