— Первой убитой была юная девушка. Дочь городской травницы, собиравшая сухоцветы и коренья за стенами. Случилось это в середине осени. Люди слышали крики, а потом бедняжку нашли на опушке леса выпотрошенную и обглоданную. Некоторые люди поговаривают, что видели черную тень в полях. До того несколько человек уже пропадало в лесу. Затем охотники на своей вылазке нашли труп молодого мужчины в лесу. После этого случая люди стали исчезать и в окрестных поселениях. Лютует чудовище, не боясь выходить к людям — бывали убийства такие как это, прямо в городе или в окрестных деревнях. Какую-то бабку оно разорвало прямо в огороде. Очевидцы дают ему разные черты, но похоже, что шерсть у зверя темная или черная, поэтому в темноте каждый видел его по-своему. В одном они сходятся: глаза у твари горят холодным огнем, точно у умертвия какого-то, да зубы и когти огромные.
— Нападения случаются каждый день?
— Нет, господин. Не каждый. В основном тварь охотится ночью. Иногда, бывает, неделями о звере не слышно. Иногда случается несколько смертей сразу и не всех чудовище съедает. Тварь эта не проявляет никакого интереса к скотине и домашнему зверью, а нападает только на людей. Ловушки, отравленные приманки, даже облавы ей нипочем. Из последней и единственной вылазки, пока мы все подозревали в трагедиях бешеное зверье, не вернулось около трех десятков крепких мужиков. Мы даже не смогли забрать из леса тела — туда никто больше не хочет соваться. Именно тогда вас известили о делах в Маэлинне. Выжившие рассказывали, что тварь похожа на зверя, размером с доброго быка. Нападая, она вставала на задние лапы и рвала жертву когтями. С того дня все в округе оторопели, поверив в проклятое чудовище. Боятся ходить в одиночку, а особенно — в лес.
«Такого не бывает, — говорил графу разум, но Иенмар впервые не оборвал поток изливающегося ему в уши вздора, — Я все еще уверен, что этому есть объяснение. Магия, иллюзии, хитроумный замысел замаскированного человека… что угодно. Потому что, если хоть на мгновение допустить, что какой-нибудь чародей перешел непреложный закон о неприкосновенности душ или занялся некромантией в этих местах, сотворив подобное чудовище, то мы рискуем увязнуть в жестокости и чистках надолго».
И сам граф бы выступал на стороне карающей силы правосудия для изменников, позаботившись об исполнении приговора Высокого Трибунала, а то и самого императора. Но прежде стоило разобраться, а лучше — опровергнуть домыслы черни, пресекая их экспансию из уст в уста по всей территории Империи.
— Кто-то еще видел этого зверя? — спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил: — Соберите их в замке по возвращении. И этих… которые остались целы после облавы. Может, еще что-то вспомнят.
— Будет сделано, господин.
Славно. На том короткое собрание и закончилось. Иенмар ткнул коня пятками, посылая скакуна в галоп и увлекая всю кавалькаду всадников за собой, через поле к мрачной и величественной вековой чащобе. На фоне густого покрова дремучего леса всадники выглядели как мошкара. Мрачный лес без названия, расположившийся у горной гряды, встретил их тихим шелестом. Коней они придержали лишь на опушке, вступая под зеленый свод тихим шагом.
— Дайте собакам взять след, — мрачно приказал граф, остановившись как только весь его эскорт скрылся в зелени рощи. — Эарвен скорее всего проходила здесь.
Граф кинул егерю ее перчатки, чтобы тот дал собакам ориентир для поиска. Сейчас он сам был напряжен и сосредоточен точно инфернальная гончая.
Сейчас, подпитываясь витавшими в воздухе страхом и уязвимостью Зверю казалось, что здешние люди обречены. А это, в свою очередь, поднимало уверенность в себе, пьянило и кружило голову. Зверь направился к лесу, кутая пока еще такое хрупкое и уязвимое тело в длинный алый плащ-накидку. Плащ цвета крови, кричащий и заметный даже в безликой серой массе людей. Стечение обстоятельств или очередной дерзкий намек, оставленный незамеченным? Все это еще сыграет свою роль.
Оружием Зверя были ужас и неизвестность. Страх зачастую заставляет думать в искаженном свете, основываясь на предчувствиях и подозрениях. Это чувство заставляет преувеличивать или преуменьшать опасность, лишает разум возможности трезво мыслить и оценивать ситуацию. Оно заставляет ошибаться и поступать опрометчиво. Жертв его становилось все больше, и даже самих хозяев этих земель эта досадная напасть не обошла стороной. Сбежавшая девица так боялась за свое дитя и любимого, что напрочь лишилась чувства самосохранения, кинувшись прямиком в пасть чудовищу, которое убьет ее еще вернее, чем собственный брат. А граф, под давлением страхов своей матери, ринулся в погоню за ней, даже не обдумав серьезность возможной угрозы. Оторопь толпы и разорванное тело лишь подстегнули найти беглянку быстрее, пока с ней не случилось непоправимое. Иенмар ан Эссен не только не подготовился как следует, но и не был готов к противостоянию с настоящим чудовищем, продолжая искать зацепки в разумных объяснениях, тем самым обрекая ведомых людей на смерть.
