Вскоре скошенные «под ноль» поля приобретают красно-коричневый, с золотистым отливом цвет. На излете дня собираются слоистые облака. Альфонс ищет спокойный уголок, подальше от людских глаз, ищет и находит – под доской, прислоненной к стене. Пес царапает лапами пыль, несколько раз оборачивается вокруг себя и укладывается с тяжелым вздохом. Мимо, по дороге на поля, проходит Элеонора, легавая узнает ее запах и виляет хвостом, но хозяйка не замечает, и собака умирает в одиночестве, не издав ни звука. Девушка находит Альфонса поздно вечером. Сначала она зовет его с крыльца, потом берет фонарь и идет искать. Белые глаза пса смотрят в ночь. Элеонора запускает руку в жесткую шерсть и тянет к себе одеревеневшее тело. Она садится на землю и обнимает мертвого друга, льет слезы на его тяжелую, как камень, голову, потом идет за двуколкой, кладет в нее труп и тянет «похоронные дроги», а вдова смотрит, стоя в проеме двери.
Элеонора роет могилу Альфонсу в каменистой земле, рядом с тем местом, где когда-то закопала убитых матерью котят, сваливает тело в яму и бросает первую лопату на закрытые веки собаки. На следующий день девушка делает из реек небольшой крест, втыкает его в холмик и придавливает гладкими камнями. Тучи сбиваются в пухлое, черное, как чернила, покрывало. Время от времени их освещают молнии сухой грозы, которая погружает окрестности в электрический сумрак. Воздух тяжел и влажен. Коровы замерли под деревьями. Поваленные сливы с покореженными стволами исходят крупными каплями сока. Ливень начинается в односекундье, гнет ветки деревьев, сбивает черепицу с крыш, загоняет птиц и животных в гнезда и норы, наполняет ручьи и поилки, колошматит по крупам смирных лошадок, пасущихся на выгоне. Промокшие дети играют в глубоких лужах, весело топают по воде, вызывая тучи брызг. Ива качает длинными волосами-ветками, разгоняя серый воздух.
Раз в неделю мессу служит старейший из приходских священников отец Бенуа: остальные кюре отправились на фронт – их берут санитарами, в том числе на передовую. Кюре слушают смертельно усталые женщины и молчаливые дети, и он без всякого вдохновения говорит, сколь почетен труд, как добра земля и всеведущ Господь:
– Велика мудрость Нашего Отца Небесного. Суждения Его непостижимы, пути Его неисповедимы.
Несчастье вдовства забыто, вытеснено. Фермерша притворяется, что страдает в разлуке с Марселем, и присоединяет свой голос к мольбам других женщин, она стонет, жалуется, взывает к Богу, укоряет его.
Скоро начинают приходить первые письма с фронта. Их читают и перечитывают, бережно хранят за корсажем, у самого сердца, так что чернильные буквы иногда отпечатываются на влажной коже. Каждый день Элеонора вместе со всеми ждет у кромки поля старого почтальона. Он медленно идет по деревне и отдает письма прямо в руки крестьянкам. Марсель не пишет. Элеонора смотрит на счастливиц, когда те дрожащими руками вскрывают конверты, разворачивают листок и отходят в сторонку, чтобы прочесть строчки, написанные мужской рукой. Некоторые зачеркнуты цензором, другие избежали этой участи. Жены и подруги шепотом читают себе вслух, чтобы сделать более реальными образы войны.
