Шансы на гибель мира повышались как в предыстории, так и в истории. В каждой живой клетке на планете зарождалось небытие, и эта зловещая перемена отражалась на хроноэкранах.
Ее многочисленные векторы были вычерчены совместно людьми и компьютерами, работающими в нервном центре Хроноопераций. Картина была удручающей. Но не прошло еще и двадцати минут настоящего времени, как компьютеры обнаружили «замочную скважину».
На еще более глубоком уровне катакомб, называемом Вторым, оборонные ракеты замерли в ожидании на пусковых установках. Их тупоносые тела были окружены сложными механизмами запуска и управления. По команде компьютеров и их людей-начальников стальные руки выдвинули из стеллажа ракету. На темном каменном полу под ней появился серебряный круг, мерцающий, словно вода в маленьком озере, волнуемом ветром.
Металлические руки разжались — ракета исчезла. Пока одна сумма сил переносила ее в прошлое, другая посылала в виде волны вероятности вверх сквозь мили скал, высоко в стратосферу, прямо к «замочной скважине», где шесть вражеских устройств вошли в реальное время.
Деррон видел, как зловещие изменения, постепенно заполнявшие экран, сменили направление движения на обратное. Это было похоже на фокус, на кинопленку, пущенную в обратную сторону, на какой-то технический эффект, не имеющий отношения к реальности.
— Точное попадание! — загремел в наушниках голос Командующего. Он больше не растягивал слова.
Теперь шесть устройств берсеркеров делили пространство входа в реальное время с атомным взрывом, аккуратно проникшем точно в этом месте и моменте времени. Громкий шепот ликования распространился вдоль ряда часовых. Осторожность и дисциплина приглушала всплеск радости. Остаток шестичасовой вахты прошел на манер учебной тревоги. Возбужденные победой люди обменивались улыбками, подмигивали друг другу. Деррон тоже улыбался, встречаясь взглядом с кем-нибудь из закончивших дежурство и покидающих свой пост. Он чувствовал гордость за хорошо выполненное дело.
Его вахта завершилась без признаков новых действий врага. Было ясно, что первая попытка берсеркеров развязать хроновойну успешно нейтрализована. Но Деррон знал, что проклятые машины не отступят. Усталый, вспотевший, он поднялся с кресла, чтобы уступить его часовому следующей вахты.
— Ваши люди неплохо поработали сегодня, — сказал сменщик с нотой зависти в голосе.
Деррон улыбнулся.
— Следующая возможность прославиться целиком ваша.
Он прижал подушечку большого пальца к нужному месту на сканере. Сменщик одновременно сделал то же самое. Теперь, официально освободившись, Деррон устало зашагал к выходу из зала, присоединившись к потоку других членов вахты. Лица их были усталыми и мрачными, как и его собственное. Но, выходя из зоны усиленной тишины, они собирались в веселые группки. Начал постепенно расти шум возбужденных голосов.
Деррон встал в очередь, чтобы вернуть обойму с записью, где была зафиксирована вся его деятельность во время вахты. Потом выстоял еще одну для краткого устного доклада послевахтенному офицеру. После этих процедур он был полностью свободен, и огромный пассажирский лифт, устроенный по принципу черпака, укрепленного на ремне со множеством других черпаков, поднял его из глубины уровня Хроноопераций на Жилой уровень подземного города.
В городе трудно было найти такие идеальные условия, как в караульном зале, как, впрочем, и всюду, где постоянная эффективная деятельность людей не требовалась. Воздух был большей частью в лучшем случае затхлым. В худшем случае, к нему примешивались всевозможные неприятные запахи. Освещение вдоль серых улиц-коридоров было самым минимальным. Украшения в большинстве общественных мест сводились к вездесущим плакатам и лозунгам, призывающим от имени правительства напрячь все силы для победы, или обещающим, что вскоре наступит перемена к лучшему в условиях жизни. Улучшения действительно постепенно происходили. Месяц за месяцем воздух становился все более свежим, еда — разнообразнее и вкуснее. Казалось, что, владея практически неисчерпаемой энергией водородного синтеза, потреблявшего минералы окружающих город пород, осажденный гарнизон планеты может бесконечно долго поддерживать свое существование во всевозрастающем комфорте.
Коридор, по которому шел Деррон, был одной из главных магистралей подземного города-мира. В число жилых ячеек, которые, вперемежку с магазинами и учреждениями, составляли стороны улицы, входила и его холостяцкая комнатка.
Коридор был высотой в два этажа, шириной ничем не отличался от обыкновенной главной улицы в обыкновенном городе погибшего мира на поверхности. Посредине проходили движущиеся дорожки, на которых ехали люди. Пары полицейских в белой форме проверяли на лентах удостоверения личности — Планетарное Командование явно устроило охоту за уклоняющимися от работы.
