Первый клок тумана подобрался к границе сияющей огороженной области и остановился. Помедлив, он принялся огибать щит, чтобы достать спрятавшихся за ним людей. Испуганно глядел Зал на то, как подползает к ним гибельное щупальце... Совсем неподходяще к моменту в его голове мелькнуло воспоминание: Рениус кидает кольцо хранителя, но под действием ветра кольцо разворачивается обратно и охватывает его. Эх, сейчас бы подул ветер снова!
- Владыки Природы, Стихии Созданья!
- Ветер пусть станет стеной в назиданье!
Он даже не успел понять, когда в его голове возникли эти слова. Не рассуждая, он автоматически выпалил их и выпустил щит из рук, падая на землю, совершенно обессиленный. «Ну, вот и конец», - мелькнула мысль перед тем, как он потерял сознание.
Наверное, он отключился совсем ненадолго. Легкий ветерок обдувающий лицо привел его в чувство. Движение живой природной стихии освежала и восполняла утраченные силы. Множество крылатых вайу неслись стеной на грозное облако, став преградой на его пути, отталкивая в обратную сторону. Словно нехотя изменив свое направление, разъедающая туча полетела к вызвавшему ее демону. Тот закричал, изрыгая проклятья. Взмахнув рукой, он прекратил существование созданного им же самим смертоносного облака.
- Кхаргашшш! Ты не должен такое уметь, лякх! Не должен! - закричал демон. - Ты никто, чтобы управлять стихиями! Это под силу только мне, кхарр!
Саркис слегка пострадал от собственной атаки. Местами его кожа пошла пузырями, как от сильного ожога. Некоторые лезвия покорежились и проржавели. Демон был явно озадачен своей неудачей.
Не в силах подняться, Зал тяжело дышал, опираясь на руки и глядя в землю. Мысли «водили хоровод» в голове, не позволяя сосредоточиться. Все тело болело.
Демону удалось взять, наконец, себя в руки. Но злобы от этого у него не убавилось.
- Ты жалкий червь, накх-гулкур-кхар! Как посмел бросить ты вызов демону, лякх! Мне - Саркису Алленсторну, Владыке Тьмы и Миров Тройственного Союза! Думаешь, это все, что я могу, кхарр? Нет! Уже, будучи здесь, в твоем жалком и ничтожном мире я смог подчинить себе некоторые его силы. Разве ты не видишь - этот мир уже направился туда, куда я ему указал! Смотри же, жалкое ничтожество! Кхаргашшш!
Он расставил руки в стороны и замер, облачившись в черную сферу. Со всех сторон к нему стали слетаться вайу, теку, ритти, скальки и множество других существ. Темная воздушная пелена окружила черный кокон, к которому все стекались и стекались новые существа из этого мира. Завороженный невиданным зрелищем, Зал смотрел на эту дикую вакханалию, не в силах оторваться. Скопившись огромной тучей вокруг демона, стихии в диком хороводе принялись совершать монотонное движение в одну сторону, исполняя какой-то ужасающий танец хаоса, разрушения и смерти, ведомый злой волей.
Загипнотизированный, юноша очнулся только тогда, когда демон повернулся в его сторону и произнес, вытягивая руку:
- Умри, накх!
Следуя направлению его руки, рядом с указующим лезвием собирался сгусток энергии. Паренек метнулся к щиту и снова схватил его, прикрывая себя и друзей. Однако сила потока была так велика, что его опрокинуло на неподвижные тела Рениуса и Такинаку и с силой прижало обезумевшими стихиями сверху. Молнии от щита создавали широкий энергетический барьер, прикрывая их от губительного потока, но при этом и сам щит раскалился докрасна, добавляя невыносимые ожоги к тем потокам огня, что проходили через все тело Зала. А внутри росло новое острое чувство к тем существам, что подчинялись воле демона и к самому демону. Да как они смеют?! Он же ничего им не сделал!
Это была ненависть...
Перед глазами мелькнул образ одного из теку, с перекошенным от ужаса и боли лицом. «Им тоже очень больно!», - пришла чья-то мысль и понимание. Разве виноваты эти несчастные создания в том, что они вынуждены подчиняться воле демона. Они ведь тоже страдают. Их жизнь находится в такой же опасности, что и жизнь всех остальных существ. Если им никто не поможет, то они так и останутся в этом ужасающем рабском положении. Так есть ли смысл обвинять их в этом?
А демон? Ведь и он тоже несчастное существо. Пожалуй, даже самое несчастное из всех. Он забыл свое предназначение, забыл о тех, кого когда-то любил. Все время боится он других, подозревает обман, не имея возможности обнажить свои настоящие чувства перед другими. Он никогда не сможет обрести покоя, видя вокруг одних врагов. Это ли не ужас, на который он сам себя обрек!
Ненависть исчезла, уступив место жалости к несчастным существам и состраданию к еще более несчастному существу, обманывающему самого себя. Понимание придало сил, чтобы выдержать и эту атаку. Преодолевая сопротивление обжигающей стихии, молнии раскаленного щита и собственную боль, Зал поднялся на ноги, выставив щит навстречу потоку.
