— Хотел перевестись в школу огня, но переводить не хотели. Причем против были и колдуны школы воды, и колдуны школы воздуха, которые прошлый демарш не забыли. Это вообще чуть гильдию не раскололо. Ле Стокс грозил просто уйти. В конце-концов ему разрешили перевестись, но перевестись в школу земли. Тогда земельщики самыми сильными были, и какие-то рычаги давления на Совет имели. Что, дальше рассказывать, или будешь догадываться?
— Опять перевелся?
— Нет.
— Ушел?
— Пропал. Просто пропал. Однажды утром к завтраку не вышел. И к обеду. И к ужину. На следующий день дверь в комнату взломали — а там и нету никого. Вещи на месте, а Блейка нет.
— И что это значит?
— Может ушел, а может и убили. Еще раз переводить его бы не стали. У нас, Питер, плохо быть слабым, но еще хуже быть сильным. Если ты сильный колдун и не магистр, то против тебя станут играть все. Особенно — соратники, единомышленники и друзья… тот, кто себя называет другом. Потому свою настоящую силу никто не хочет показывать. Только если совсем уж прижмет. А Блейк показал. И то, что он показал — это даже еще не настоящая сила. Только намек. В гильдии никогда не было главы Совета, имеющего за плечами хотя бы две школы. Тем более уж — три. А все действия Ле Стокса прямо показывали, что именно к этому идет. И это никому не нравилось. Первое время упорные слухи ходили, что Блейка именно убили. Его начали всерьез опасаться, хоть он и не был колдуном. Но он ведь им официально не был. А там — кто знает, какая сила, и какие способности у этого парня имелись. После его исчезновения все школы занялись любимым делом — плели интриги, спихивая всю ответственность на своих противников. Потом, как обычно, сползли до мелочных личных счетов и о Блейке забыли.
Я немного подождал продолжения. Продолжения не было.
— И что?
— Все. — Полина посмотрела на меня и удивленно подняла брови. — Остальное — слухи сказки и страшилки
— А с чего ты решила, что он жив?
— Я так не решала. Просто сейчас ты рассказал историю, которая целиком и полностью подходит под категорию слухов.
— Я серьезно, Полина.
— Да и я не шучу. Лет через пять-десять появился какой-то слушок, для которого подходящего объяснения не было. Тогда кто-то вспомнил о Ле Стоксе. И пошло-поехало… Я ничего этого не застала — я в то время, может, только родилась. Ну, вот с тех пор так и повелось — если что-то непонятное происходит, то списывают на Ле Стокса. На самом деле его, может, и в живых уже нет.
Может, и нет.
А может — есть.
Живет в какой-нибудь деревне неподалеку от Лиа Фаль. Удобное место. Слишком много жителей, чтоб на каждого нового внимание обращать. Колдовское логово рядом, так что и магиков в округе — как дырок в сыре. Почти центр Федерации — куда угодно можно быстро добраться. Говорю ж — хорошее место.
— Хватит, Полина. И так уже информации столько, что голова скоро лопнет, как перезрелое яблоко. Ты моего коня можешь нормальным сделать?
— Нормальным — нет, а таким, как раньше — да.
— Сколько времени надо?
— Часов двенадцать-двадцать, чтоб снять заклятие и чуть больше часа, чтоб сломать. Я с таким уже дело имела.
— Ломай.
— Нет.
— А можно узнать, почему?
— У меня такого заклятия нет, а я хочу его получить. Так что буду снимать. Завтра к утру твой конь будет в порядке. Надеюсь, за тобой не гонятся. Впрочем, думаю, что даже если и гонятся, то погоня не полезет на территорию гильдии. Но просто ради интереса — за тобой гонятся?
— Нет, насколько я знаю. Послушай, Полина…
— Даже не собираюсь. Заметь — я не предполагаю, что у тебя неприятности. Я это знаю. Неприятности у тебя всегда. Кроме того, ты снова связался с Виктором… Уникальная парочка, надо сказать. Он постоянно ищет неприятности, а неприятности постоянно ищут тебя. Так что твоя встреча с ним просто не могла не произойти. Это было предисловие, а теперь главное. Ты внезапно появляешься весь такой из себя озабоченный и с конем, на котором лежит эльфье заклятие. Я ни о чем тебя не спрашиваю — я помню свое обещание, но неужели ты всерьез считаешь, что я откажусь от возможности заполучить его исключительно из опасения разрушить хрупкий покой твоей ранимой души?
Полина порядочно разозлилась. Полагаю, не из-за того, что я якобы отказывал ей в возможности получить новое заклятие, а из-за того, что, по ее мнению, я знал, что происходит, а ей не говорил. Обидно, да, согласен. Я бы тоже разозлился. Так что я ответил на вопрос, который она так и не задала:
— Даже если бы я и хотел тебе что-нибудь рассказать, то все равно не смог бы. Я просто не понимаю, что происходит и не хочу впутывать в это еще и тебя. Хочешь получить заклятие — снимай. Я подожду. Постарайся только, чтоб с конем все нормально было. Я как-то привык к нему.
Злость Полины потухла. Она вяло махнула рукой:
— Все с твоим конем хорошо будет. Сейчас человека пришлю — он ужин принесет и покажет комнату, где переночуешь. Я в конюшню пошла. Будешь утром уезжать — меня не буди. Такие вещи очень выматывают.
Чародейка исподлобья взглянула на меня. На ее лице явственно читалось: «Попробуй только, скотина, смыться втихую.»
