— Не в этом дело. Вы не поняли? Здесь вода — большая ценность.
— А вы знаете, сколько это — галлон.
— Нет. Но мы и не будем брать у них воду. Вода у нас есть.
— Пока есть. Только на обратную дорогу.
— Они предлагали продать. Мы купим. А показ этого червя жителям, полагаю, даст нам какой-то козырь. Вы думаете, что им легко было попросить?
— Эта толпа здесь не появится. Но… ладно. Сейчас я все улажу.
Карелла пытался что-то сказать, но я не стал его слушать. Он был прав, но, как обычно, пришел к своим правильным выводам неимоверно кривыми тропами. Щас исправим. Я развернулся к делегации.
— Вы правы, конечно. Каждому охота посмотреть на…
Я не знал, как эта штука называется. Пропустим.
— Когда я сказал «нет», то имел в виду, что мы не возьмем за это плату. Мы понимаем, что значит подобное зрелище. Но нам бы не хотелось, чтобы народ приходил сюда. Идти далековато, да и нам спокойнее будет. Потому мой приятель решил отнести это в ваш лагерь… хом. Это будет удобнее для всех. Так ведь, Виктор?
Я обернулся и ослепительно улыбнулся Карелла.
Если этого червяка сопрут, сожгут или разберут на фантики… Туда ему и дорога.
Все эти коробки без крыш были или жилыми помещениями или чем-то вроде складов, мастерских. Я стоял у входа в такое помещение. Никто в него не заходил и не выходил, вывески никакой не было. Но тут вообще нигде никаких вывесок не было. Вначале меня это удивило, но потом я подумал, что вывески здесь просто никому не нужны. Они живут очень обособленно. Чужие не появляются, а если появляются, то очень редко. Людей много, но все между собой знакомы. Зачем вывески?
Не могу объяснить, почему, но я был уверен, что передо мной находится бар, кабак, трактир или ресторан. Что-то, что мы называем так, а они называют… по-другому. Но суть от этого не меняется. Не знаю, почему я так решил, но уверенность была стопроцентной. Улиц, как таковых, здесь не было. Просто огромная круглая площадь, на которой вразброс стояло несколько коробок повыше. Вроде как в два этажа. Остальное пространство было заставлено ботами. Так здесь называли летающие корабли. Они на самом деле могли летать. Я уже убедился. Нельзя сказать, что это открытие перевернуло всю мою жизнь, но некоторое удивление я испытал. Думаю, что Виктор испытал еще большее удивление, потому что он летал в этом боте, чтобы привезти нашего червяка для выставки. Сейчас он со своим названным братцем находились на другом конце площади. Практически все жители хома находились там же. Одинокие и запоздавшие торопились в ту сторону, поглядывая на меня с откровенным любопытством. Я вздохнул и зашел внутрь коробки.
Там было на удивление прохладно. И это был бар. Там была стойка, заставленная крохотными стаканчиками и столики у стен. Столики были откидными, вроде как в поездах. Посетителей не было. А вот хозяин или бармен присутствовал. Парень среднего роста, худой настолько, что если бы он не двигался, то я принял бы его за мумию из древнего кургана. Но он двигался и двигался настолько разболтанно, что казалось, будто он движется сразу во все стороны. Из него мог бы получиться хороший фехтовальщик. Просто невозможно было предсказать, куда он направится в следующую секунду. Одна проблема — не уверен, что парень смог бы удержать даже легонькую сабельку.
— Привет. Что это за заведение?
— Бар. Клуб. Кафе. Трактир. Рюмочная. Не знаю, как называются подобные заведения в твоем хоме. Я — хозяин. Свиит меня зовут.
Он подскочил и протянул руку. Мы обменялись рукопожатиями.
— Питер.
— О-о, так это ты что ли Мать слепышей добыл?
— Я. А ты-то откуда это знаешь?
— Так Марио по радио объявил.
— Будем считать, что я понял. А кто такой Марио?
— Радиостанция у него. И скважина есть на западе отсюда. Но у него плохая скважина. Слабенькая. Пересыхает уже.
— Стоп. Про скважины я потом послушаю. У тебя выпить что-нибудь есть.
Он нырнул под стойку, извлек графин с прозрачной жидкостью и налил в стаканчик.
— Угощаю.
Что это такое, я не знал, но если пьют эти ребята, значит и я запросто выпью. Выдохнув, я залпом проглотил содержимое.
Вода.
Может быть тут какая-то местная дурь намешана, но на вкус — просто вода.
— Это вода?
— Лучшая, — с гордостью сказал Свиит. — У меня тут две самые лучшие скважины. Я всегда нахожу самые лучшие и богатые.
— Понятно. А ты продаешь тут воду?
Он осторожно поглядел на меня.
— Смотря сколько. Я, в основном, Егору сдаю. Он хозяйственной частью хома занимается. Я ему — воду по бросовым ценам. Он мне — слепышей, когда есть излишек. Тоже задешево. Вы Мать добыли, так что, слепышей много набили? Может, продадите часть? Или самим нужны? Могу на воду обменять? Любое продовольствие. О курсе договоримся.
Парень был — жук еще тот. Но вот как-то много информации он на меня за один раз вывалил.
— Погоди. Дай с мыслями собраться. Ты только водой торгуешь? Сколько стоит то, что я выпил?
— Я же сказал — угощаю.
— Я просто хочу узнать расценки. Сколько?
— Ну как… — Свиит немного растерялся. — Смотреть надо. У меня с Егором контракт, но иногда охотники лишку добывают. Если повезет.
