В коридоре было пусто, а в кабинете — полутемно. Лишь в углу горела настольная лампа. Никого не было, и Захаров с интересом стал разглядывать кабинет министра. В это время из смежной комнаты вышел невысокий плотный человек в тельняшке, бриджах и домашних тапочках. Это был Павел Сергеевич Грачёв.
Увидев стоящую в темноте фигуру, Павел Сергеевич оторопел.
— Ты кто такой? — спросил Грачёв.
— Я Захаров, — ответил Геннадий Иванович. — Заместитель начальника Службы безопасности президента. Зашёл предупредить на всякий случай, что скоро сюда прибудет президент.
Грачев подумал: «На всякий случай в кабинет министра обороны не заходят. И какой президент должен прибыть?»
— А какой президент? — осторожно спросил он.
— Президент у нас один, всенародно избранный, — удивленно вскинув брови, ответил Захаров.
— Ну, слава Богу, — с облегчением вздохнул Павел Сергеевич и нажал кнопку:
— Всех генералов, находящихся в здании, ко мне.
Тут же началась суета, стали появляться люди.
«Откуда они взялись? — удивленно подумал Захаров. — Ведь никого не было».
В свое время он служил с морском спецназе ГРУ, который был создан на подобие американских «морских котиков». Был профессионалом своего дела, совершил более семисот парашютных прыжков в ночное море. Любил больше молчать, но если высказывался, то коротко и жестко. В период ломки и распада государства он возненавидел болтуна Горбачева и стал, вместе с Коржаковым, одним из самых преданных сторонников Ельцина, считая, что только с ним может возродиться Российская армия и вместе с нею Российское государство.
Около двух часов ночи, в кабинет министра обороны вошли Ельцин и начальник его охраны Коржаков. Премьер-министр Черномырдин и министр внутренних дел Ерин пришли раньше. Руководство Министерства обороны во главе с Грачёвым было в полном составе. Борису Николаевичу доложили обстановку.
— Что будем делать дальше? — спросил Ельцин.
Наступила мёртвая тишина.
— Я говорю, как будем выкуривать их из Белого дома? — ещё раз, настойчиво спросил президент.
И опять все промолчали.
— Борис Николаевич, — нарушил наконец тишину Коржаков, — здесь находится мой заместитель, капитан первого ранга Захаров, который готов изложить конкретный план по взятию Белого дома.
— Где он? — спросил Ельцин, оглядев кабинет.
— Мы его сейчас пригласим.
В кабинет вошёл Захаров. Он немного оробел, увидев столько генералов во главе с президентом. Все уставились на него. Но после первых фраз робость прошла, и он коротко изложил план захвата Белого дома:
— Чтобы взять Белый дом, нужно десять танков и немного людей, — сказал он.
Президент спросил у начальника Генштаба:
— У вас есть десять танков?
— Танки-то у нас есть, но танкистов нет, — ответил тот. — Они на картошке.
— Вы что, во всей армии не можете десять танкистов найти? — возмущенно протянул Ельцин. — Пусть офицеры садятся в танки и ведут их к Белому дому.
— Я сейчас всё выясню, — вмешался в разговор генерал Кондратьев. — Дам команду, будут и танки и танкисты.
— Десять минут даю, чтобы вы доложили о выполнении, — грозно сказал Ельцин.
Захаров стал излагать подробности:
— Сначала по радио, через громкоговорители, необходимо предупредить осаждённых, что будет открыт огонь по Белому дому. Если они не сдадутся, то только тогда начнём стрельбу по верхним этажам.
На генералов план Захарова подействовал. Они слушали молча и безропотно, наконец-то нашелся человек, готовый взять на себя ответственность за эту черную, неблагодарную работу. Никто о столь решительных и радикальных действиях и не помышлял. Да и не было у них желания распутывать и разгребать то, что наворотили за последнее время политики.
Ельцин выслушал Захарова, хмыкнул, затем обвел присутствующих долгим, тяжелым взглядом:
— Согласны? Будут у кого-нибудь замечания?
