Фигура, которая была ростом не меньше Арка, уже успела подняться на ноги, и снова по-детски всхлипнув, посеменила в другой конец комнаты, где находилась железная дверь. Схватившись за ручку, она потянула ее на себя, но дверь не поддалась.
— Успокойся, дуреха. — пригрозил бородатый мужчина, и поднявшись на ноги, направился к двери. — Тебе так не терпится отдать свою жизнь?
Пройдя вместе с мужчиной, Феликс увидел, как фигура у двери сжалась в комок, но все еще не выпускала из рук железную ручку. Сначала Феликс подумал, что это взрослая девушка, но как только подошел достаточно близко, чтобы рассмотреть ее лицо, понял, что перед ним сидит совсем еще ребенок. Если судить по ее испуганному лицу, то ей было не больше восьми — девяти лет, но вот только ее большой рост вводил в заблуждение. Догадаться было не сложно, что перед ним сидела ферасийка.
— Ну и чего ты собралась делать? — нахмурив брови, спросил мужчина. Он был обычного роста, и если бы его лицо размалевать узорчатыми татуировками, то он без труда смог бы сойти за никса.
Услышав недовольный голос мужчины, девочка резко отпустила дверь, и накрыла голову руками, словно боясь, что тот сейчас ее ударит. Снова послышался звон металла, и Феликс только сейчас увидел, что мужчина и девочка были скованны одной длинной цепью. Заметив ее испуганный жест, глаза мужчины на секунду смягчились, а затем вновь наполнились ворчливой угрюмостью, которая обычно бывает у стариков, отчитывающих молодежь за их разгульное поведение.
— Если боги, кроме твоего роста, не наделили тебя какими-нибудь небесными силами, которые могли бы помочь нам выбраться отсюда, то лучше больше не совершай такие глупые поступки, как ты сделала сейчас, девочка. А если бы стража увидела это?
Но девочка, казалось, не слушала его, и хоть мужчина говорил не так уж и громко, она при каждом его слове резко вздрагивала, закрывая голову руками, будто получала удар плетью. За звоном цепей можно было уловить, как она тихо плачет.
Увидев, что обычными словами ему ничего не добиться, мужчина наклонился, и с неожиданной силой, легко поднял большую девочку, а затем поставил ее на ноги.
— Как тебя хоть звать? — поинтересовался он, уже более добрым тоном, хотя и с примесью грубого хрипа, который можно услышать у заядлых пьянчуг.
Девочка что-то еле прошептала губами, а затем вновь загородилась руками от невидимой опасности.
— Что ты там прокурлыкала? — подставив мозолистую ладонь к уху, переспросил мужчина. — Как, говоришь, зовут?
Но в ответ девочка лишь снова всхлипнула.
— Оставь ее, Скали. — раздался позади ровный и спокойный голос Арка. — Не видишь, что ей и так плохо, а еще, понимаешь, тут какой-то немытый пес ей в няньки записывается.
— А чего это она нас подставляет. И я не пес! — возмущенно проговорил Скали, а затем, поджав губы, снова посмотрел на девочку. — Ладно, дуреха, иди, вон, сядь туда. Не бойся, тут тебя никто не обидит. Поняла, дуреха. Точно! Буду звать тебя Дуреха, раз уж ты не можешь совладать со своим языком, и рассказать нам, как тебя назвали родители.
Еще раз всхлипнув, девочка быстро посеменила к тому месту, на которое указал Скали. Проводив ее недовольным взглядом, бородатый мужчина повернулся и посмотрел на железную дверь. Несколько секунд он глядел на нее, злобно сдвинув брови, а затем плюнув на железную обшивку, повернулся и направился к своему месту. Другие люди, которые в дыму казались мутными тенями, проводили его взглядом. Сейчас, когда Феликс смог к ним лучше присмотреться, он понял, что большинство из них такие же дети ферасийцев, как и маленькая Дуреха. И лишь несколько взрослых мужчин, которые не были ферасийцами, смотрели на все происходящее равнодушными взглядами смерившихся со своей участью рабов. Все они были одеты одинаково, а у некоторых в руках имелось ржавое оружие, которое они смазывали маслом и точили о шершавые точильные камни. Как и Скали, все взрослые мужчины были соединены длинными цепями с одним или двумя детьми-великанами.
— Повезло тебе, с твоими-то парнями. — хрипло проворчал Скали, глядя на Арка. Сейчас, когда из ближайшего решетчатого проема на него падали яркие лучи солнца, Феликс заметил, что Скали совсем не такой уж и старый, каким он показался изначально. Это был жилистый мужчина, примерно одного с Феликсом возраста. У него был длинный нос, впалые щеки и хитрые глаза. Возраста же ему придавала нечесаная борода.
— О чем это ты? — непонимающе переспросил Арк нахмурив черные брови.
— Будто не понял. Вон, о этих вот двух, что с тобой рядом. Боги дали им крепкие руки и быстрый ум, не то что этой Дурехе. — он кивком указал на поджавшую под себя ноги девочку. — Судьба небрежно со мной поступила, приковав меня к этой девчонке. И что я такого совершил, чтобы меня так мучать, а?
Арк бросил взгляд на испуганную Дуреху, а затем опустил голову и принялся точить меч, который до этого лежал рядом с ним.
