Ведьмы проводили их до конца улицы, где на небольшой круглой площади располагался трехэтажный гостиный домик. Он был меньше других построек, но при этом выполнен очень умело и красиво. Видимо, его специально построили так, чтобы не смущать гостей высокими потолками. Вряд ли все остальные помещения, в которых проживают хозяйки этих мест, обладают привычными для обычного человека пропорциями. Сами же ведьмы практически не разговаривали. Многие из тех, кто вышел их встречать, уже разошлись по сторонам, и с отрядом Эскера остались лишь четверо женщин, чтобы помочь распрячь лошадей и отвести их в конюшни. Когда к Феликсу приблизилась одна из них, он поборол удушливый страх, и попытался завести разговор.
— Признаться, дивное у вас местечко. У нас таких и не встретишь, чтобы дома прямо на ветках-то висели. Разве что в Белланиме, да и то там у нас на кронах все располагается. Не у вас ли они часом подсмотрели эти идеи? Уж больно схожие идейки-то. — Феликс хохотнул, но заметив, что его угрюмая собеседница смотрит на него ничем не выражающим мертвым лицом, понял, что вести светские беседы эти дамы не любят. Подсобив Феликсу с седельными сумками, она помогла ему распрячь Соль. Когда же они вдвоем снимали седло, то боковые ремешки не выдержали, и выронили на землю тканевый сверток, в котором хранился меч, подаренный Хольфом. Тот с глухим звуком упал на каменную мостовую, где его тут же сцапали острые пальцы ведьмы. Несколько секунд она всматривалась своими светящимися зрачками на блестящую рукоять, а затем, поддев черными ногтями ткань, немного оголила лезвие.
— Это… это подарок. — замялся Феликс, не понимая, что так заинтересовало ведьму. Он еще сильнее заволновался, когда к ведьме приблизились еще несколько ее высоких подруг. Они внимательно изучали лезвие, и Феликс воспользовался этим напряженным моментом чтобы отыскать глазами Хольфа и быстро прошептать: — Ты ведь не у них его умыкнул?
— Нет. — внезапно раздался глубокий голос ведьмы, что держала меч. — Никто его не крал, потому что у него никогда не было единого хозяина.
— Да что ты знаешь? — обиженно буркнул Хольф. — Тоже мне, не было, говорит. А Хольф, получается, не хозяин, да? Все что попадает в ручки к старому Хольфу — все его! А человечек этот правильно вам сказал, подарочек это, а то видеть уже больно как он ходит-мельтешит, безоружный-то.
Все присутствующие ведьмы, казалось, внимательно слушали каждое его слово, глядя на лохматого Хольфа светящимися глазами, но не выпуская меч, при этом каждая из ведьм протянула к лезвию одну из рук, чтобы прикоснуться к нему, будто эта была святая реликвия.
— У этого клинка нет хозяина. — повторила ведьма, которая подобрала меч, словно считала Хольфа слабым умом, и не способным понять с первого раза.
Насупившись, старый никс что-то обиженно пробурчал в свою взлохмаченную бороду, а затем направился к двери, напоследок показав застывшим ведьмам язык. Феликс же остался стоять, не зная, что ему делать дальше. Ведьмы не замечали его, и продолжали гладить своими засохшими пальцами по лезвию, о чем-то переговариваясь между собой на непонятном языке. Такого наречия Феликс еще ни разу до этого не слышал. Это было не мистическая арнистрийская и не плавная арлекинская речь. В основном, в языке ведьм преобладали шипящие, словно змеи, звуки, но также было и что-то более нежное и свежее, словно журчание воды или шелест листьев. Было непонятно только как они выговаривают все это без губ. Наблюдая за ними, Феликс увидел, как одна из ведьм будто бы рассмеялась, и даже по выражению ее сухого лица было понятно, что ей стало весело. Другие тоже поддержали ее настроение, после чего Феликсу стало немного спокойнее на душе. Все-таки эти женщины умеют испытывать эмоции. Некоторые из них переводили взгляды с клинка на Соль, и речь их становилась еще более быстрой, словно они о чем-то спорили. Посовещавшись между собой, ведьмы, наконец, обратили внимание на Феликса, а затем протянули ему меч обратно.
— Знаешь ли ты слова его имени? — спросила та, что помогала Феликсу распрягать Соль. За ее спиной еще продолжались разговоры, а некоторые даже похлопали свою подругу по плечу, будто предостерегая ее.
— Увы, но мы только-только познакомились, и я не успел узнать, как его зовут. — развел руками Феликс. — Признаться, у меня даже и времени-то толком рассмотреть его не было. Но, как я погляжу, для вас он имеет большую ценность. Я-то не особо разбираюсь в клинках, уж простите. Этот вот мне Хольф подарил, но вы и так уже слышали. А вот где он его откопал, это уж простите, не ведомо мне. Мы, конечно, его расспрашивали, Хольфа-то, но тот молчит как рыба, да и все тут.
Внимательно выслушав Феликса, ведьма переложила в его руки меч, а затем сказала:
