Новая выдумка требовалась немедленно, так как на берегу возле поврежденного корабля было видно толстого человека в хламиде, с неподдельным любопытством взирающего на приближающийся «Дом». Ясно, что это купец, который имел дело с коллегами из разных стран. Кумик тут же придумал новую легенду и довел ее до сведения товарищей. Теперь требовалось оповестить и остальных товарищей.
— Запомните, что мы не египтяне, а азиаты-открыватели, взявшие торговое судно в Лазурных водах для поиска новых морских путей из Африки в Азию. Я, Паладиг и вот вы, — Кумик указал на шесть товарищей, донашивающих египетские плащи, — хозяева и стражники, воины. А гребцы… — здесь финикиец словно споткнулся, — египетские рабы.
Эти слова произвели впечатление разорвавшейся молнии. Азиаты всегда ненавидели это слово, для них египтяне были не просто врагами, а символом повторного пленения. И чтобы все это вернулось, хоть и понарошку! Но кормчий быстро объяснил, что альтернативой может стать настоящее рабство, уже в Азии, а это еще чудовищней. Пришлось смириться. Вожаки распределили роли: Кумик оставался кормчим, Нафо стал владельцем корабля, а Паладиг — начальником над «стражей» и «рабами». Было решено, что экипаж состоит лишь из азиатов: ведь вавилонянин мог в прошлом иметь контакты с настоящими египтянами и быстро обнаружил бы подделку. Поэтому было решено заявить, что азиатская купеческая компания зафрахтовала египетский корабль, вместе с гребцами-рабами, из гавани Суу в Лазурных водах, для поисков морского пути в страну Саба.
Поскольку их рейс только разведывательный, то товаров с собой не взяли.
Между тем «Дом» подошел к пологому берегу почти вплотную. Хорошо были видны береговые сооружения: товарные склады, мастерские, жилые дома для прибывающих моряков и грузчиков — все из дерева, которого здесь хватало. Вокруг поврежденного корабля, окруженного строительными лесами, суетились плотники в кожаных фартуках, а на берегу уже столпились грузчики, ожидающие найма для погрузки-разгрузки товаров. Между тем толстяк разглядел лица азиатов и закричал по-шумерски:
— Порази меня молния, если вы — египтяне! По-моему, вы — наши земляки.
Гато мгновенно сориентировался, перекинулся парой слов с кормчим, затем приветствовал вавилонянина характерным жестом руки и заговорил на родном языке:
— Почтенный, ты плохо приветствуешь земляков. Или ты не соскучился здесь, в чужих краях? Мы вот очень рады видеть родное лицо после долгой разлуки с родиной. Я — Гатори, наемный воин из Урука.[58]
Вавилонянин церемонно поклонился, представился:
— Приветствую гостей в моем временном пристанище. Я — Ситан, купец из Ниппура.[59] Плыл с товарами в страну Инд. Задержался здесь поневоле, буря повредила мой корабль. Буду рад провести время с вами и даже поторговать.
Кумик собрал свои познания в шумерском языке и солидно заговорил:
— Почтенный Ситан, у нас нет товаров, есть другой ценный груз. Нашему кораблю тоже требуется ремонт, поговори с местными грузчиками, пусть помогут моим рабам вытащить судно на берег. И скажи, требуется ли нам говорить с начальником порта?
— Если у вас действительно нет товаров, то я все устрою в один миг. Вам придется только заплатить пошлину за стоянку.
