«Сейчас!» – крикнула я. Я не стала терять время на беготню по коридору. Я прыгнула в комнату к Куне и грубо схватила его за руку.
«Вытащите Кобба», – передала я Бабуле. Должно быть, она уже была к этому готова, потому что они исчезли еще до того, как я успела закончить мысль. Значит, она могла совершать гиперпрыжки. Это было хорошо. Одним делом меньше на тот неизвестный промежуток времени до взрыва корабля.
– Жулик, отнеси меня к Драпе, – попросила я, и мы с Куной проскользнули мимо невидящих глаз и очутились в командной рубке «Блуждающего листа».
Я опустила Куну к ногам уже менее удивленного Тора, а потом мы с Жуликом прыгнули обратно на транспортный корабль Верховенства, на этот раз в ту складскую комнату, куда мы попали изначально.
Я побежала к той части корабля, где чувствовала Йоргена. Я ощутила его панику еще до того, как добралась до него. Он стоял в узкой наблюдательной комнате с видом на многоярусный зал для собраний, явно предназначенный для большого количества участников. Лже-Кобб, похоже, сбежал от Йоргена, потому что я его здесь не увидела. По другую сторону окна находилось около десятка людей, включая Джешуа Уэйт, которая стояла прямо у стекла. Другой человек – мужчина, похожий на более взрослую версию Йоргена, – поднял один из стульев и швырнул его в стекло.
Должно быть, это был какой-то усиленный пластик, потому что он устоял.
– Люди с Россыпи! – зазвучал голос; звук доносился из динамика внутри комнаты, но был достаточно громким, чтобы мы могли слышать его даже отсюда. – За длительное сопротивление вы сочтены слишком агрессивными, чтобы жить. Вы встретите свой конец ради всеобщего блага. По нашей милости мы быстро покончим с вашей жизнью. Ваша боль будет краткой. Ваша смерть будет транслироваться на вашу планету, чтобы соотечественники могли оплакивать вас. Возможно, у вас будет минута, чтобы попрощаться.
– Как великодушно с их стороны… – сказала я.
Йорген бил кулаками по стеклу. Политики в комнате запаниковали.
Как и должно было быть. Мы не могли их оттуда вытащить. Верховенство, возможно, удовлетворится простым порабощением моего народа, но люди?
Их они собирались уничтожить.
– Нам нужно найти этот ингибитор, – сказала я, и Йорген, кивнув, бросился к двери.
Я помчалась по коридору в другую сторону. Но в этой части корабля было не так много щелей, а все остальные ингибиторы находились внутри зоны, которую они блокировали, а не за ее пределами. Хотя со всех сторон были двери, все они были заперты и укреплены гораздо лучше, чем тот чулан.
Я бегала вокруг зала заседаний, пока не встретилась с Йоргеном, а затем мы дважды проверили те места, которые каждый из нас проверял раньше.
Ни одна из дверей не поддавалась, как мы ни бились в них.
Когда мы снова подошли к смотровой комнате, Джешуа все еще стояла у стекла. Она обернулась и посмотрела на Йоргена.
– Ищите ящик! – крикнул он ей через стекло. – Ящик с тейниксом внутри!
– Уходи, – произнесла она, отчетливо артикулируя.
Йорген мотнул головой и снова принялся бить кулаками по стеклу.
– Уходи! – крикнула она Йоргену через стекло. Голос ее звучал тихо, но я разобрала, что она сказала дальше. – Действуй лучше, чем мы.
Мы не могли их спасти. Здесь нам больше нечего было делать.
Я положила руку на плечо Йоргена. У него все еще была Милашка в перевязи. Ему не нужно было, чтобы я его вытаскивала.
– Она права, – сказала я. – Нам нужно уходить.
– Нет! – крикнул Йорген. По его лицу текли слезы.
Он не желал уходить, но я не могла позволить ему умереть здесь.
Я не стала рисковать со слизнем. Я дотянулась через обратное измерение к ангару на «Блуждающем листе» и потянула.
И услышала крик через обратное измерение.
Гнев глаз обрушился на меня, пока я плыла под их безотрывными взглядами. Но я едва могла чувствовать это, поглощенная всей силой боли Йоргена, его гнева, даже его негодования на меня за то, что я вырвала его оттуда. Я давилась этим, ощущая каждую унцию его боли до костей.
Мы выпали из обратного измерения, и это чувство исчезло, но отголоски его сохранились, как будто это я только что наблюдала, как умирают мои родители.
Пилоты звена «Небо» выбирались из своих кораблей и направлялись к окнам возле входа в ангар, чтобы следить, как корабль Верховенства разваливается на куски: его корпус был разорван на части, его двигательные системы взрывались в бесшумных облаках пыли и дыма. Куна стоял в стороне, глядя на остатки корабля Верховенства, разбросанные по звездному фону.
Йорген издал сдавленный звук, и бо́льшая часть звена обернулась и увидела нас; на их лицах отразились шок и облегчение. Артуро закрыл глаза, как будто был уверен, что мы оба погибли, и ему нужно было мгновение, чтобы успокоиться. Тор торопливо вышел по туннелю из командной рубки позади нас.
– Мне очень жаль, – сказал он. – Я не знал, что с этим делать, я…
– Ты не виноват, – сказала я, и это было правдой.
Вина лежала на Верховенстве. Вся до единой капли.
