- В память, то есть в алмазный чип-процессор, заложена вся известная нам информация. Программы как таковой нет. Модель живет. Ее жизнь обеспечивается непрерывной, - прямой и обратной, - связью с Землей-Один. Связь реализуется через посредство вселенского информационного поля, на базе взаимодействия структур субкваркового порядка.
Денис снова взялся за виски.
- А можно точнее? Имею в виду подоходчивее?
Эйбер замешкался. Упрощение давалось нелегко.
- То, из чего состоят глюонные поля... Нет, не нахожу соответствующих понятий в твоем языке. И надо ли? Точнее могу сказать так: процесс идет на стыке физики мира и отсутствия этой физики.
- На переходе физики в антифизику? Вакуум? - проявил осведомленность ученик.
- Такое при определенных условиях возможно, - рассматривать вакуум как переходное состояние от потенциального бытия к актуальному. В котором вещество, поле, энергия если и существуют, то вне известных нам законов и измерений.
- Достаточно! - запросил пощады Салтыков, - Жаль, академии приказали долго жить. Я бы во всех стал почетным членом. Если учитель не против, перейдем к прозе актуального состояния, к войне. Хоть у тех зверенышей нет крови, я ее жажду!
Эйбер поднял голову. Вслед за ним Денис. Балкон заполнялся участниками эксперимента и наблюдателями.
- Прямо как при образцово-показательном вскрытии, - нахмурился Салтыков, - Хирург с ассистентом... И публика налицо.
Публика настраивала персональные мониторы. Каждый хотел видеть то, что пожелает. Ян Зарка ерзал на сиденье, не в силах сбросить возбуждение. Захотелось выплеснуть его словом, и он обратился к сидящей рядом Леде.
- Фаэты - гении! Уверен, во всей Галактике нет ничего подобного.
- Почему? Ведь можно сделать копию любого предмета. Даже живого. Вот и у меня есть...
Тут Яна как молнией поразило.
"А ведь и фаэты - копии! Копии самих себя! И шеф тоже?.. Или нет?" Он думал, что говорил про себя, но оказалось - вслух. Эрланг, занявший место по другую сторону Леды, сказал, не поворачиваясь к Яну:
- Нет. Не так. Клоны, копии людей - они независимы от прототипов. Оригиналов. Они самостоятельны. Шар внизу жестко связан с Землей. После его создания все мы живем двойной, параллельной жизнью. И параллели пересекаются. В данном случае. Там, на шаре - мы. Там мы мыслим, живем, действуем. Понимаешь?
Леда вдруг потрясла головой, взметнув черные локоны. И сбивчиво спросила:
- Что? Там я? Внизу? И, совсем-совсем маленькая, слушаю тебя, говорю с тобой? И все такое? Ну нет, такого я не могу себе представить.
Ян, не слушая ее, думал о своем и продолжал расспрашивать Эрланга.
- Шеф, бестфайры могут создать такое же?
- Сами нет. Но у них есть тайная от нас элита. По-видимому, она-то и владеет секретом Великого Объединения. Но сути единства полей и энергий они не понимают.
- Знают, но не понимают. Как так? Я много думал...
Эрланг, по-английски выйдя из разговора, включился в происходящее внизу. Фигура Салтыкова отражалась в отполированных зернах гранита. Обхватив голову руками, он прохаживался вокруг шара, настраиваясь на работу. Земной шарик сверху выглядел красочной игрушкой. Волшебной, живой игрушкой. Вихри циклонов-антициклонов, дожди и снег, зелень лесов и синь океана... Если отключить имитацию Солнца, будут видны огни городов. Нет, если и будут, то далеко не всех. Электричество на сегодняшней Земле - роскошь. Эйбер поднял голову и отыскал взглядом Генерального координатора. Эрланг понял и передал ему:
"Не волнуйся. Братья в единой сети. Мы все страхуем Салтыкова. И не дадим ему сорваться. Жаль, но только землянин, не обремененный нашим опытом, способен на такое. Действуй..."
Леда ощутила, что Леран отключился от внешнего окружения. Мешать ему нельзя, и она прислушалась к тому, что говорил Ян. Говорил, будучи уверен, что она слушает.
- ...бестфайры, или их элита, как говорит шеф, осваивают мир по методу Эдисона. Вселенная для них черный ящик.
- По чьему методу?
- Томас Эдисон жил в твоей Америке. У него больше тысячи изобретений. Он не занимался теорией, а соединял несоединимое и наблюдал, что получается.
- А по-моему, - раздумчиво сказала Леда, - Мы все живем по методу Эдисона. Сначала делаем, а потом думаем.
Глаза Яна загорелись, он нашел понимание в нужный ему час.
- Правильно! Не знаю ни одного открытия, которое не ударило бы нам в спину или по башке, как говорит Денис Исидорович.
- Значит, Ян, черный ящик стукнет и по башке бестфайров. Надо только подождать, не торопиться.
Сделав оптимистический вывод, Леда со страхом обратила взгляд на Эйбера и Салтыкова, начинающих эксперимент с ее миром. С тем миром, где живет она, очень-очень маленькая.
Объединенное человечество не желало ждать, пока черный ящик сам по себе ударит по "башке" бестфайров.
Денис Салтыков раздвоился. По меньшей мере.
Он твердо знал, что пребывает, объективно существует в глубине Гималаев. В "кармане". Рядом с плывущим по реке времени малым шаром-моделью Земли. Действующей моделью...
