– Что же? – прищурилась я, обхватив толстый, ставший каменным ствол.
Сжала с силой, надавила на объёмную головку. Призывно облизнулась, приоткрыла рот, пошло прикусила нижнюю губу, влажно выдохнула в мужское ухо.
Порнушка его так не вставляла…
Я тебе сейчас покажу, порнушку…
Три года стоять не будет! Вообще! Совсем!
Даже после свадьбы осенью с подходящей гречанкой из Геленджика не встанет.
Всегда считала себя разумным человеком, тогда же словно внутренняя истеричка проснулась во мне.
Недолго думая, вернее, не думая вовсе, взяла чашку с кофе, которую до этого пил Костик, и, глядя ему ровно в глаза, не дрогнув ни единой мышцей, вылила ему на грудь, ближе к животу.
Костик отзеркалил мою мимику, вернее, её полное отсутствие, точно так же, не дрогнув, ответил на мой взгляд.
Я видела каждую золотистую прожилку в карей радужке, тёмно-зелёный ободок вокруг, зрачок, в котором отражалась я, как в зеркале. Светлые волосы, подхваченная прядь на затылке, локоны на плечах, розовеющие щёки, блеск для губ, V-образный вырез платья, капелька кулона с крошечным бриллиантом, серьги-цепочки с такими же капельками.
В один миг меня словно ошпарило тем самым кофе, которое я вылила.
Он же горячий!
Не обжигающий, прошло время, как Катя принесла чашку в кабинет, но точно горячий.
– Костя! – подпрыгнула я, выбравшись из крепких мужских объятий.
Вот это выдержка, его кипятком поливают, а он за плечи держит, не дрогнув.
Начала судорожно расстёгивать рубашку на мужской груди, путаясь в мелких пуговицах, распахнула полы, схватила упаковку косметических салфеток, начала промачивать кожу. Ожога, конечно, не было, но покраснело заметно.
Дула изо всех сил, махала руками, чтобы хоть как-то охладить, водила ладонью, чувствуя пальцами короткие, курчавые волосы. Было в этой растительности что-то первозданное, природное, хищное, безошибочно указывающие на то, кто здесь альфа-самец.
Не заметила, как опустилась ниже, след от кофе растёкся на поясе светлых брюк, оставил покраснение на коже, наверняка ниже тоже.
На секунду замешкалась, неотрывно смотря на полосу около пояса. Услышала прямо в ухо чуть насмешливое, тихое, хриплое, гипнотизирующее:
– Дёрни за верёвочку, дверка и откроется.
На меня словно ушат ледяной воды вылили, отпрянула, приходя в себя. Что же я за неадекват такой?..
– Тихо, тихо, тихо… – горячо зашептал Костик и начал гладить меня по голове, плечам, спине, словно кошку. – Не останавливайся.
Качнул бёдрами, приковывая мой взгляд к бугрящемуся паху. Я его кипятком облила – почти кипятком, но всё же! – салфеткой протирала, дула, изображая из себя сумасшедшую, а у него эрекция такая, будто перед ним пип-шоу разворачивается.
Бросила быстрый взгляд на дверь, выдавая промелькнувшую короткой вспышкой мысль поддаться искушению. Что, в конце концов, терять… хуже мне уже не станет.
Моя судьба – умереть от тоски в день свадьбы Костика этой осенью.
Костик резко встал, подхватил меня, крепко прижимая, несколькими шагами достиг двери, повернул защёлку, вернулся к дивану.
Всё это – не отводя взгляда от моих широко распахнутых глаз.
– Разреши себе это… – промурлыкал он, как большой, уверенный в том, что его все любят, что весь мир принадлежит ему, котяра.
Наглый, самовлюблённый, готовый здесь и сейчас поделиться частичкой своей плотской любви.
Опустился на диван почти в ту же позу, в которой сидел. Обхватил мою ладонь, придавил ею свой пах, давая понять, чего именно хочет, чего я хочу на самом деле.
С шумом выдохнул сквозь зубы, расстегнул пуговицу на брюках, позволяя моим пальцам, которые уже жили своей жизнью, не очень-то интересуясь моим мнением, нырнуть под лён, чтобы почувствовать тонкую бамбуковую ткань, натянутую на налитой член.
Костик приподнял бёдра. Я послушно потянула брюки, захватила широкую резинку трусов, те поползли вниз, открывая сначала массивную головку, готовую оказаться в моём рту сей момент, потом ствол, увитый венами, следом тяжёлую мошонку.
Он мягко обхватил мой затылок, надавил членом между моих разомкнутых, влажных от желания губ. Как под гипнозом от завораживающего зрелища, открыла рот шире.
Крупная упругая головка легла на язык, настаивая на продолжении. Сомкнула вокруг губы, посасывала, впитывая знакомый вкус и запах, будоражащий сильнее крепкого алкоголя. В голове шумело, словно я выпила пятьдесят граммов коньяка, все сто выпила, на голодный желудок.
Обвела языком уздечку, выпустила изо рта головку, чтобы полюбоваться влажной кожей, снова взяла. Начала нежно сосать, упираясь одной рукой в крепкое мужское бедро. Осторожно, с каждым разом, вбирая больше.
Костик шумно и поверхностно дышал. С заметным удовольствием, таким, что казалось, парил под потолком, и я вместе с ним, ласково перебирал мои локоны. Задевал тёплыми пальцами раковину уха, проводил по шее, губам, словно не веря себе, что всё это правда. Его член у меня во рту.
Мне определённо нравился его вкус, то, как он ощущался на языке, нёбе, как касался горла.