Флаер подлетал ко второму участку. Прямо по курсу в ночи, подобно крыльям ангела, расцвело зарево. На его светлом фоне проступили темные силуэты терриконов, которые возвышались пирамидами вокруг огромного карьера. На вершинах самых высоких, словно глаза вампиров, горели красные маяки.
Открывавшееся зрелище поражало воображение. От земли в небо распространялся свет сотен прожекторов. В ауре света пылинками парили транспортные модули, наполненные рудой. Свет заливал гигантскую воронку, уходящую глубоко в земную твердь.
С высоты полета казалось, что на дне утопленного в земле стадиона копошатся крошечные фигурки в оранжевой униформе, на самом деле это были исполинские шагающие карьерные экскаваторы. Машины вгрызались в пласты породы роторными ножами. Многотонные глыбы руды крошились в щебень и поступали по ленточным транспортерам в накопитель, откуда перегружались в грузовые вагоны–модули. Наполненные модули, подобно пчелам, непрерывным потоком взлетали в небо.
Руда из карьера отправлялась на обогатительный комбинат, а затем на орбитальный плавильный завод, где в условиях невесомости выплавлялись изотопы редкоземельных металлов. Процесс был полностью автоматизирован. Работа по добыче руды не прекращалась ни на минуту. Задача персонала состояла лишь в наблюдении и коррекции.
Минуя траекторию транспортных модулей, Дженкинс провел флаер справа от центра разреза и направил машину к группе вагончиков, приютившихся в стороне между двумя отвалами породы.
Флаер опустился перед крайним вагончиком. Похожий на трейлер домик стоял на невысоких столбиках в стороне от таких же, занятых персоналом карьера. В окнах горел свет.
— Кажется, профессор на месте, — удовлетворенно сообщил Дженкинс, глуша двигатель.
Первой встала девочка. Она решительно открыла боковую дверь флаера и спрыгнула на землю. Следом из машины выбрались остальные. Внутри остался только Дженкинс. Прежде чем покинуть кабину, он подумал об оружии в своей кобуре. Неприятный инцидент в туалете «Зеленого попугая» не давал Дженкинсу покоя. Мастер немного поколебался, но все же решил уберечь себя от ненужных проблем в будущем и оставить оружие. Засунув бластер под сиденье, он захлопнул дверцу и подошел к ждущим пассажирам.
На небосводе сияли звезды. Прохладный ветерок невидимой рукой трепал волосы. Со стороны карьера долетал непрерывный гул работающих механизмов.
— Идемте. — Дженкинс, размяв затекшие ноги, вразвалочку направился к вагончику профессора. Мастер поднялся по лесенке в три ступеньки и постучал в дверь.
— Зарабу! Это Дженкинс! — оповестил он. — К тебе гости.
После прозвучавшего изнутри невнятного ответа Дженкинс толкнул дверь и прошел внутрь. Пассажиры вошли следом.
Внутри вагончик представлял собой одну большую комнату с диваном у стены и столом посередине. У дверей, прислоненная к стене, стояла совковая лопата с позолоченным черенком и гравировкой «Лучшему астроархеологу с Арума». На окнах висели занавески в цветочек. В дальнем конце располагалась маленькая кухонька с микроволновой печкой и холодильником, обклеенным стикерами от йогурта. Посередине стола, накрытого розовой скатертью, стояли ваза с цветами и закупоренная бутылка шампанского. Приторно пахло терпким мужским одеколоном и гуталином.
На диване, развалившись, сидел крупный темноволосый мужчина в белой рубашке, черных кожаных штанах и черных остроносых сапогах, которые блестели от воска. При виде гостей выбритое до синевы лицо мужчины удивленно вытянулось. Внимательные цепкие глаза оценивающе пробежались по пришедшим. Мужчина встал и положил руку на пояс с кобурой. В свете лампы на его груди блеснула золотая восьмиконечная звезда.
— Кто это с тобой, Дженкинс? — спросил шериф.
— Привет, Кэхил. А где профессор?
— Я спросил, кто эти люди, Дженкинс, или ты не расслышал?
— Мы познакомились в «Зеленом попугае». Они сказали, что ищут профессора, — сообщил Дженкинс и зачем–то прикусил нижнюю губу.
Шериф, подозрительно прищурившись, уставился на здоровяка, чье лицо украшал след от кастета. Кэхилу не понравились пришедшие люди, и не потому, что парень с отметиной был при оружии, а другие двое выглядели пациентами, сбежавшими из психбольницы, а потому, что их появление рушило планы шерифа на этот вечер.
— Давайте я все объясню, мистер, — произнесла девочка. Она выступила вперед и улыбнулась. — Меня зовут Ребекка. Это, — она указала на мужчину с оружием, — мой дядя Скайт Уорнер.
Услышав имя, Кэхил нервно сглотнул.
— Это, — продолжала девочка, словно не заметила реакции собеседника, — Леонардо Тинкс и Джон Хаксли. Мы прибыли на Эрцер–12, чтобы повидаться с профессором Зарабу Арахом по поводу археологических раскопок. У нас к профессору очень важное, не терпящее отлагательства дело. Где мы можем найти Зарабу Араха? — Девочка подступила еще ближе к Кэхилу. Слегка склонив голову набок, она заглянула шерифу в глаза и улыбнулась. — Надеюсь, дядя шериф будет столь любезен и не откажет юной леди в помощи.
