Они сразу же договорились, что первым делом следует связаться с Хедроном и попросить объяснений. Но в этом превосходном плане был один недостаток: Хедрон предусмотрел их желание, и его нигде не удалось обнаружить.
В положении Элвина безусловно была некоторая двусмысленность, однако с ним вели себя настолько тактично, что ни разу не дали это почувствовать. Он мог свободно ходить по Эрли — маленькой деревушке, где правила Серанис (хотя слово “правила” — слишком сильное и не совсем точно отражает ее положение). Иногда Элвину казалось, что она все же диктатор (хотя и благожелательный), а в других случаях выяснялось, что у нее совсем нет никаких прав. Он так полностью и не понял социального устройства Лиса: либо потому что оно было слишком простым, либо наоборот — слишком сложным, и его хитросплетения ускользали от него. Единственное он знал точно: Лис разделяется на множество маленьких деревень, и Эрли — типичный их пример. Однако в каком-то смысле о типичности говорить не приходилось: Элвину объяснили, что каждая деревня стремится быть непохожей на соседние.
Несмотря на то, что Эрли была очень маленькой и в ней жило меньше тысячи человек, она была полна неожиданностей. Едва ли существовал хоть один аспект жизни, который бы не отличался от своего аналога в Диаспаре. Различия были даже в речи. Только дети здесь пользовались голосом для общения друг с другом. Взрослые крайне редко произносили что-нибудь вслух, и через некоторое время Элвин понял, что они делали это только из вежливости в его присутствии. Было довольно странно и грустно чувствовать, что попал в громадную сеть слов, которые нельзя услышать, но вскоре Элвин привык к этому. Можно было только удивляться, что устная речь вообще сохранилась: ведь необходимость в ней давно отпала. Много позже Элвин узнал, что люди Лиса очень любят петь и страстно увлекаются музыкой. Без этого стимула они, скорее всего, давно уже стали бы немыми.
Жители Лиса всегда были чем-то заняты. Однако проблемы, занимавшие их, были непонятны Элвину. В тех случаях, когда он понимал, что они делали, большая часть их работы казалась ему ненужной. Например, значительная часть пищи выращивалась, а несинтезировалась по образцам, созданным тысячелетия тому назад. Когда Элвин попросил объяснений, ему терпеливо пояснили, что жители Лиса любят наблюдать за тем, как все растет, проводить сложные генетические эксперименты и создавать новые более тонкие и изысканные ароматы и вкусовые качества. Эрли славилась своими фруктами, но когда Элвин попробовал специально для него отобранные образцы, они показались ему ничуть не лучше тех, что он получал в Диаспаре без всяких усилий.
Сначала он думал, что жители Лиса либо никогда не имели, либо потеряли власть над машинами, которые он воспринимал как неотъемлемую часть жизни Диаспара. Однако вскоре выяснил, что это не так. И знания, и сами приспособления в Лисе существовали, но пользовались ими только в редких случаях.
Удивительней всего была система сообщений, если только ее можно назвать таким словом. На короткие расстояния люди ходили пешком, что им, по всей видимости, нравилось. Если же они спешили или нужно было перевезти небольшие грузы, то использовали животных, созданных для этих целей. Животные для перевозки грузов были невысокие, с шестью ногами, очень послушные и сильные. Единственным их недостатком было почти полное отсутствие интеллекта. Быстроходные животные были совсем другой породы. Обычно они передвигались на четырех ногах, но на очень больших скоростях использовали только мощные задние ноги. Они пересекали Лис из конца в конец за несколько часов. Пассажиры располагались во вращающихся сиденьях, прикрепленных к спине животного. Ничто на свете не могло заставить Элвина рискнуть отправиться в поездку на спине животного, хотя среди молодежи это было довольно популярным развлечением. Действительно, прекрасные кони были аристократами животного мира и хорошо это понимали. У них был достаточно большой словарный запас, и Элвин часто слышал, как они обсуждали между собой прошлые и будущие истории и свои достижения в беге. Но когда он по-дружески пытался подойти к ним и поговорить, они притворялись, что не понимают его, а если он проявлял настойчивость, то принимали вид оскорбленного достоинства и удалялись.
Эти два вида животных вполне удовлетворяли каждодневные нужды и приносили своим владельцам столько радости и удовольствия, как ни одно механическое приспособление. Но когда требовалось перевезти очень большие грузы или необходима была громадная скорость — откуда ни возьмись появлялись машины, и ими пользовались без всяких колебаний.
