— Башка, — протянул работорговец обманчиво ровным голосом. — Вот реально в цвет тебе погоняло. Головастый ты мужик!
— В смысле? — помощник, к этому времени успевший войти в крохотный дом для медитаций, сбился с шага. Заподозрил подвох, хотя и был туповат.
— Коромысле! Тормоз ты, говорю! — начиная против воли заводиться прорычал Кудрявый. — Склад когда ограбили, Башка? Четвертый день уже пошел! А ты ко мне только сейчас решил заявиться⁈
— Так это, шеф, — помощник поскреб заросший густым рыжим волосом затылок. — Те же склады, что четыре дня назад ограбили, их опять того…
— Что ты что несёшь, недоумок! — не в силах больше сдерживаться, пожилой абордажный мастер подскочил из-за стола и запустил в подчиненного чашку с чаем. Мозгоправ считал, что для решения проблем с гневом, даже чай нужно было пить не из унитарной посуды, а всенепременно из вычурного фарфора, который приходилось везти чуть ли не сто прыжков. Кошмар для логистики. Разумеется, тонкостенный сосуд разлетелся вдребезги о стену, не попав в тупую тыкву помощника. — Что значит «того»? Толком, мать твою, говори!
Кадры, гиперпривод им в задницы! В штурмовики обычно идут те, кто
Башка снова поскреб затылок, пытаясь сообразить, как бы сообщить понятно то, что он, вроде, уже сказал. И решил, что нужно просто повторить.
— Те склады, что четыре дня назад фермеры обнесли, снова ограбили. Новый оброк вынесли подчистую, а парней из охраны перебили. А еще повесили потом. Чисто на той же виселице, где Ламодеры висели. Ну это те, которых мы…
— Я знаю, кто такие Ламодеры! Кто обнес?
Подчинённый пожал плечами и выдал.
— Фермеры?
А потом еще и обоснование под свою версию стал подводить. Дескать, трупы Ламодеров унесли и где-то видать похоронили, а парней ровнехонько на их место подняли. Да еще и таблички на грудь каждому повесили. С надписями бунтарскими. Полюбасу месть это, мало было одну семью казнить, надо было еще…
— Таблички? — перебил разглогольствующего помощника Кудрявый. — Какие еще, нахрен, таблички?
— Так я и говорю — с надписями бунтарскими. Типа, смерть угнетателям или что-то вроде того. Я так думаю, шеф, это фермеры решили, что с ними не по справедливости поступили. Ну, когда второй раз оброк собрали…
— Да ты что!
— Верно говорю!
— Это был сарказм, недоумок! — прорычал работорговец. — Пшел вон отсюда! Стой! Собери дежурную группу, пусть грузится в штурмовой флаер и ждет меня.
— Так может у Мясника запросить команду? Типа, если фермеры взбунтовались…
— И че⁈ — вместе с обильной порцией слюны выплюнул вопрос Кудрявый. — Засал землемесов?
— Да, не, я че… Парней просто порешили…
— Мясник за свою штурмовую группу столько кредитов возьмет, что выйдет дороже, чем разграбленный склад. Все, свалил! Исполнять! Куда, лять, через кусты? Ты их садил, сука!
— Простите, шеф!
Башка ушуршал, поднимая пыль, а Кудрявый еще пару минут смотрел на покачивающиеся ветви вишни. Внутренний покой, разрушенный новостями, никак не желал восстанавливаться.
«С другой стороны, — поймал он себя на мысли, — есть отличный повод выплеснуть накопившуюся негативную энергию. Без последствий для дела и урона репутации».
На склад они прибыли через двадцать минут лету. И еще столько же кружили над окрестностями, пытаясь разглядеть в зелено-коричневой мешанине джунглей внизу хоть какие-то следы засады.
— Садимся! — в конечном итоге приказал Кудрявый.
Он прекрасно понимал, что ничего с воздуха без специального оборудования — хотя бы теплака — в таких зарослях не обнаружить. Но сознательно тянул время, чтобы его «храбрая» команда поменьше праздновала труса и куда больше желала выйти уже из чрева летающей машины и размять ноги и плечи. А то на словах они все у-у-у какие убиваки, в любой шлюз первыми врывались чуть ли не без скафандра!. Отважные рубаки и кровожадные демоны… до первого выстрела из чащи.
Когда Кудрявый соглашался на свою должность главного над «пастухами фермеров», он прощелкал клювом один важный момент. Опыта, к сожалению, не было… и выбора, как такового, тоже. Собственные ребятки с корабля считали своего командира поехавшим и только остатки былого уважения и страх удерживали их от немедленного «лечения» из плазмоплюя в спину. Пути обратно на борт уже не было. Вовремя в последнем рейде мозгоправ попался под руку. Может, все же не стоило его работорговцам сплавлять? А-а, ерунда! А вот что не ерунда — его команда работала на
