Личное крыло, или, как выразилась мать Цзана, павильон по площади занимало квадратов двести — это если без примыкающих площадок для тренировки и для медитации, сада и пруда. Я бы очень удивился, если бы меня пустили сюда жить сразу после церемонии — и наверняка не собирались. Принятие в семью произошло столь радостно и позитивно не только из-за рекомендации Магистра Дзэншэня, но и потому, что мать уже была готова, что сына больше никогда не увидит. А тут — живой! Ну еще детей в семью привел, одного даже выше себя поставил. Так сильно привязался. Ну ведь такие же мелкие, как родная кровиночка: род сможет воспитать их правильно!
И только спустя несколько часов матриарх Венлинг начала понимать масштаб того, что мы пережили. Задержка случилась оттого, что из горного храма, где прошли все церемонии надо было еще долететь до поместья. И пожрать, наконец! И только потом нас принялись… нет, не устраивать. Повели в личный медицинский центр семьи.
Вообще сведения о нашем состоянии, наверное, должны были скинуть всем заинтересованным еще утром. После не очень комфортабельного перемещения абордажниками на один из орбитальных хабов, где располагался специализированный центр клановой службы безопасности, нас, как я и говорил, обследовали и помыли. Одновременно, в специальных таких капсулах, отдаленно напоминающих душевые кабинки. Со всем уважением, так сказать — успели удостоверится в том, кто мы есть и просмотрели записи видеонаблюдения с «Фурии». После чего выдали отлично сидящую и очень удобную одежду.
Вот с момента, когда мы по-очереди стали садиться на ложементы капсул медицинской гибернации все и полезло наружу.
— Что за ужас у тебя с ногами⁈ — воскликнула мать Цзана, рассматривая отчет капсулы на планшете.
— Моя вина, — церемонно склонил голову мой одногруппник. — Мне показалось, что ударить ногами робота-убийцу одаренных будет хорошей идеей. Показалось.
— Мне сказали, вы вернулись на корабле большого тоннажа! — всплеснула руками женщина. — Там не было ни одной действующей капсулы?
— Да как-то не болело и не мешало, — смутился парень.
— Быть не может такого, — отрезала родительница.
— Моя вина, — пришлось выступить вперед. — Робот шел по пятам, Цзан не мог снять «рубашку» — иначе был риск критического кровотечения. Вот и…
— Мы бы все на Фортуне бы и подохли, если б Ори не умел исцелять, — вмешалась Шая. — То есть, простите, лишились жизни из-за ранений. Правда, выглядит лечение иногда… брр!
Нашего микростатега отчетливо передернуло.
— Целитель-подмастерья, да еще в столь юном возрасте? — несколько другим взглядом посмотрела на меня женщина.
Сказать? Не сказать? Нет, лучше показать.
— Я бы сказал, этот способ целительства не зависит от ранга, — я подошел к комнатному цветку, подстриженному до формы идеального шара. Провел рукой — и гармония тут же нарушилась из-за отросших листьев и ветвей.
По глазам увидел: поняла!
— По
— Но все ж ты же не будешь спорить, что нужно довести лечение до конца? — кивнув, спросила меня Кунг Венлинг. — Вот и славно. Цзан, ложись, я закрою…
— НЕТ! — рявкнул мой побратим, мгновенно покрываясь пленкой «рубашки» и рукой хватаясь за крышку капсулы, блокируя её в открытом положении. Сила захвата была такой, что корпус медицинского прибора с противным хрустом пошел трещинами. — Нет…
Видно было, что наш несгибаемый «шаолинь» сам от себя такой реакции не ожидал.
— Нас обманом заставили лечь в капсулы и едва не продали в таком виде на рынке рабов, — объяснила Анасдея. — Если бы не Ори…
— Брат Цзан, ложись спокойно. Я подежурю, — вдруг подал голос Джар. Как и всегда вне боя он молчал. И делал это так успешно, что про него временами просто забывали.
— Если Ян устанет, я его сменю, — пообещала Шая.
И только тут до матери экс-главы семьи Кунг начало доходить.
— Кто посмел сотворить с
— Мы их убили, — спокойно ответила Ренфолд. Подождала немного, и уточнила: — Всех. Почти всех. Некоторые умерли очень нехорошо — я лично постаралась. Из уцелевших большая часть сейчас дает показания друг против друга СБшникам клана Ли.
В противовес материнской ярости слова нашего микростратега словно окутывал могильный холод. Венлинг вздрогнула.
— У нас у каждого за спиной свое небольшое личное кладбище, мам, — Цзан все-таки смог себя пересилить и скинул «рубашку». — Кроме Ори. У него оно большое. Все-таки свой
