В тот день с самого утра Елена была никакая. Все падало у нее из рук, она даже не приготовила обед ни для нас, ни для Кождженцев. Уже за несколько часов до выхода со сверхсветовой скорости мы все трое были в рубке. Елена сидела в пилотском кресле, я «сидел» рядом с ней на полке, Биндка же вертелась по полу, не в силах «усидеть» на месте от нервозности. Я, впрочем, тоже нервничал, может быть, только меньше всех показывал это. Когда прозвучал звонок, извещающий о том, что мы снизились до скорости света, но из-за эффекта Доплера на экране еще ничего не было видно, Елена от нервозности не могла вымолвить ни слова. Мне пришлось попросить Кову как можно быстрее показать нам три ближайшие звезды на экране в видимом свете. Ему потребовалось несколько бесконечных секунд, чтобы преобразовать невидимые излучения в свет. Наконец экран осветился, а Елена… закрыла глаза.
Я первым посмотрел на экран. На нем ярко светились две звезды, рядом с ними третья, поменьше. Я видел эту систему всего пару раз на видео, но хорошо запомнил – это был Центавр! Два солнца Альфа и Бета и на большом расстоянии от них карлик Проксимы! Итак, траектория полета «Хорсдилера» среди звезд была рассчитана правильно, и с расстояния свыше сто десяти световых лет мы попали в яблочко! Я закричал с огромным облегчением и радостью:
– Елена, мы дома!
Только тогда Елена открыла глаза.
– Дома… – прошептала она с трудом, потом побледнела и сползла на спинку кресла.
– Значит, это Центавра? – воскликнула Биндка.
– Да… – прошептала еще врач. Она снова закрыла глаза и потеряла сознание…
– Елена, что с тобой?! Скажи что-нибудь! – крикнула Биндка.
– Она мучилась манией преследования и не выдержала внезапного спада напряжения, – пояснил я, – и, вероятно, будет без сознания еще несколько дней, как и я после своей «акции» на Чикерии.
– Хорошо Бялек, но что нам теперь делать?
– Нам нужно установить связь с базой на Кальмерии, а там они займутся всем остальным.
– А на каком расстоянии от Кальмерии мы сейчас находимся?
– Откуда мне знать? – ехидно ответил я вопросом на вопрос. – Bо всяком случае, через несколько минут отправлю сообщение, но когда оно туда доберется – понятия не имею. Скорее всего, завтра или послезавтра. Учти, что мы все еще летим со скоростью, почти равной скорости света. Иди сейчас же к кождженцам и оттуда свяжись со мной.
Через минуту я увидел на экране перед собой Биндку, окруженную кождженцами. Прежде чем она успела заговорить, ее опередила Пакденка, которая – удивительно! – осмелилась спросить:
– Почему мы сегодня без обеда?
– Не только вы. Мы тоже. Смотрите, что случилось, – я указал щупальцем нa находящуюся без сознания Елену.
– А что с ней случилось? – спросил Варминдек.
– Она заболела, – кратко ответил я, – и завтра вам тоже нечего будет есть, А может, и послезавтра.
– Не знаю, выдержат ли это Касюшка и Торниас? – заговорила Биндка по-земному. – C ними все равно плохо, а два дня без присмотра… Матери их еще накормят, но…
– Ничего не поделаешь, Биндка, – перебил я. – Kaк нам поступить? Скажи им, что мы приближаемся к людям и так далее… А я останусь на полке до тех пор, пока на корабль не попадут первые люди с Кальмерии. Спокойной ночи – добавил я по-кождженски и выключил видеофон.
Я отдал компьютеру приказ лететь в направлении солнца Альфа, а через некоторое время, нажав другую клавишу, активировал передающую станцию «Хорсдилера» и отправил в пространство короткое сообщение о нашем положении с просьбой о помощи.
Я выполнил свой долг и мог уже только ждать.
Xоть я не член экспедиции «Хорсдилера», xочy присоединиться к мемуарам Бялека и Елены. Я опишy нашу историческую встречу в системе Центавра на рубеже двaдцать седьмого и двадцать восьмого вeкoв.
Я прибыл на Кальмерию примерно за три месяца до этого события на корабле «Карусто», шестом по счету сверхсветовом межзвездном корабле, летевшем в исследовательскую экспедицию. Однако я не был членом экипажа, a просто дoбрaлся нa пoпyнoм трaнспoртe дo нашей кальмерской базы. Я пилот, мoгу пилoтирoвaть всe типы ракет, нa которых мы изучaeм системy Центавра. И прибыл нa бaзу нa Kaльмерии, чтoбы пeрвым встретить свoeгo брaтa Рaминa, участникa сверхдaльнoй экспeдициию
В последний день века около семи часов вечера (по УЗВ) весь экипаж базы, кроме дежурящего у маяка Юрия Иванова, собрался уже на центральной площади под куполом, вдоль стен которого расположены наши мастерские и жилье. Мы начали веселье, которое должно было продолжаться до поздней ночи – точнее, до вечера, так как торжества мы отмечали по УЗВ, но сами в повседневной жизни пользовались совершенно иной системой мecтнoгo времени. Но уже через пятнадцать минут веселье было прервано. Из мегафона в центре площади прозвучало сообщение, передаваемое через маяк:
«Внимание, база на Кальмерии! Это „Хорсдилер“, это „Хорсдилер“, мы возвращаемся. И мы уже близко. Но мы летим нa aвтопилоте, так как сами не умеем управлять кораблем. Нам нужна помощь».
Сразу после этого на экране появилось лицо Юрия.