Все, что он мог дать Джону, было нелепым, опасным, утомительным, шумным и не всегда отвечало санитарным нормам. Джон любит его, допустим, но насколько простирается его терпение? Он сам сказал, что раздражение накапливалось в любых отношениях. Значит ли это, что рано или поздно Джона начнет раздражать то, что они делают, а потом и сам Шерлок? Холмс подумал, что он мог бы постараться и не давать Джону поводов для раздражения, но в таком случае раздражаться будет он сам. Холмс не льстил себе: когда он раздражался по-настоящему, даже невозмутимому Джону было с ним тяжело.
Уотсон подошел к сидящему на полу Шерлоку, положил руки на его плечи, опустился за спиной и начал слегка разминать затекшие мышцы.
- Шшшшш, Шерлок, прекрати думать. Твои мысли так громко перекатываются в голове, что мне слышно с другого конца комнаты.
- Думать - это моя работа.
- Ты не думал о работе, правда, Шерлок? Ты сидел тут и испытывал сомнения. Я видел каждое из них на твоем лице. Испытывать сомнения - это нормально. Все иногда сомневаются. Но сомнения - не повод для того, чтобы расстаться, не попробовав. Сомнения - это повод обсудить их вдвоем.
Шерлок чуть расслабился и прикрыл глаза.
- Невозможно обсудить все, - недовольно проворчал он, - ты скажешь мне одно, а через неделю ты передумаешь.
- Но, быть может, не передумаю? Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь.
- И ни одного рационального, логического довода в пользу этой концепции! Ни доказательств, ни опытов!
Джон не выдержал и рассмеялся. Шерлок обернулся и укоризненно посмотрел ему в глаза. Уотсон прекратил смеяться, но губы его сами собой растягивались в улыбке:
- Шерлок, вся наша жизнь будет опытом и доказательством. И главное, я добровольно согласен участвовать в этом эксперименте, в отличие от других твоих опытов. Этого мало?
- Нет, - наконец произнес Холмс. - Нет, Джон, пожалуй, этого достаточно. Но знаешь что? Уже практически суббота, а ты так и не расстался с Мэри.
Джон вытаращился на Холмса с ужасом:
- О, дьявол! Шерлок! Если бы ты не дулся на меня, из-за чего я страшно переживал, я мог бы позвонить ей два часа назад, в удобное время!
- Ты же говорил, что нельзя расставаться по телефону!
- Видишь, до чего ты меня довел? Я уже готов ради тебя поступиться частью своего самоуважения! Но сегодня я лишен возможности пойти даже на эту жертву.
- Тогда я предлагаю тебе лечь спать, пока я работаю. От недостатка сна ты становишься невнимательным. Но завтра ты позвонишь Мэри и я наконец получу право проводить над тобой хотя бы некоторые из запланированных мной опытов.
И Джон решил, что это и в самом деле неплохой план.
***
Утром Джон снова удивился, что кошмары не разбудили его. Что-то плохое точно снилось, но, подумал Джон, если я не просыпаюсь - значит, кошмарность кошмара уменьшается? Это была маленькая победа, но в свете последних событий очень приятная.
Шерлока в комнате не было, но через несколько минут он вернулся с кружкой кофе. Не спал вовсе, быстро определил Джон.
- Вставай, скоро у нас будут гости, - сказал Холмс.
- Это какие?
- Надеюсь, что полезные. Звонил полицейский из местных, сказал, что готов побеседовать с нами о Блэкуэлле в свой выходной день, если мы угостим его завтраком. Так что подъем, тебе предстоит кормить полисмена.
- Шерлок, я уверен, что этот полицейский вовсе не имел в виду, что мы должны готовить завтрак. Я уверен, что он ждет, что мы купим ему готовый, вполне безопасный и гарантированно вкусный завтрак в гостинице. Можно я не буду его кормить?
Губы Холмса дрогнули, но он скрыл улыбку за глотком кофе.
- Я дочитал вчера весь джексовский бред. Нашел еще одно упоминание этой твоей… медведицы. Но никакой конкретики. Никаких планов на будущее. Ни одного “попросил Кори поехать в Манчестер и убить там гея в честь Джона”.
- Не ожидай от сумасшедших слишком многого, Шерлок, они всегда подведут тебя, - пробормотал Уотсон, натягивая свежую рубашку.
- Джон… Я хотел уточнить у тебя, исключительно для расширения собственного эмоционального кругозора: ты испытываешь какие-то болезненные чувства ввиду того факта, что занимался сексом с будущим убийцей?
Джон несколько секунд молча смотрел на Холмса, а потом медленно сказал:
- Хочу напомнить тебе, Шерлок, что Джекс был тогда в том же положении. Я тоже убийца, несмотря на все оправдательные причины, которые сам могу привести. Причем если Трентон убил однажды в состоянии аффекта, то я убивал сознательно. И больше, чем один раз.
- Джон, ты был в зоне военных действий, а потом пристрелил убийцу, который мог быть опасен.
- Верно, но смерть везде смерть. Так что нет, у меня нет болезненных ощущений в связи с этим. Нет ли их у тебя? Ведь тебе предстоит не просто спать, а вступить в долгосрочные отношения с уже состоявшимся и неоднократным убийцей.
