Несколько паучьих рук одновременно схватили Лу за плечи, за шею, за капюшон, и она решила, что это конец, но тут из реки в великолепном облаке брызг взлетел розовый дельфин. Прямо в полёте он мощным ударом хвоста сбил двух гарпий, и они с воплями рухнули в воду. Остальные, мокрые, напуганные и злые, рванули в разные стороны. Дельфин рухнул обратно вниз – Лу и кумо обдало мутной волной – и вынырнул секунду спустя, поддерживая на плаву задыхающуюся Ингрид.
– Рик! – закричала Лу. Кажется, в последний раз её голос звучал так высоко и беспомощно, когда ей было лет пять.
Он что-то прострекотал в ответ. Лу не понимала по-дельфиньи, но он был здесь, и она испытала такое огромное облегчение, что чуть не лишилась чувств.
– Так-так-так, – вдруг произнёс спокойный незнакомый голос. – Кто это тут у нас?
Лу вскинула голову и увидела Амарока.
Он стоял на галерее, непринуждённо опираясь руками о перила. Лу в жизни не видела таких худых людей. Он словно не ел целый год, или два, или десять; трудно было поверить, что он вообще живой. Смуглая гладкая голова без волос, тёмные провалы глазниц… Тени жутко плясали на его лице, делая похожим на череп, и Лу с замиранием сердца поняла, что это и вправду почти черты мертвеца.
У него не было губ и кожи на впалых щеках до самых висков. Нечему было прикрыть зубы, обнажённые в страшной неживой усмешке.
В следующую секунду Амарок с неестественной, звериной грацией перемахнул через ограждение и, спрыгнув вниз с третьего этажа, как ни в чём не бывало приземлился на ноги, лишь на мгновение припав к земле.
– Я думал, ты оценишь мои подарки, – сказал он, подходя к Лу. – Жизнь. Свободу. Или тебе мало, что тебя не убили в прошлый раз? Ты снова лезешь на рожон, чтоб уж наверняка?
Лу хотела попятиться, но ноги не слушались. Кумо почтительно расступались, давая дорогу боссу. Амарок сгрёб Лу за воротник и без усилий, одной рукой, оторвал от земли:
– Может, мне сожрать тебя? Просто чтобы научить хорошим манерам. Выпить то, что осталось от твоей ущербной души, а тело отдать этим восьминогим тварям?
Лу, задыхаясь, вцепилась в его кисть обеими руками. Казалось, её держат обтянутые кожей пальцы скелета, но их хватка была крепче стали.
– Толку от тебя, конечно, никакого, – сказал Амарок, склоняясь прямо к её лицу. – Души людей бесполезны, они не насыщают, даже ненадолго. Но в тебе, говорят, есть драконья кровь. Может быть, я хотя бы почувствую её вкус.
Над головой разом закричали гарпии, и Лу с Амароком, не сговариваясь, посмотрели вверх. Среди вонючих крылатых чудовищ металась крохотная воробьиная тень. Птичка была гарпиям на один укус, но она ловко лавировала, уходя от их когтей, и спускалась всё ниже. Увидев Лу, воробей метнулся прямо к ней – и уронил что-то ей в руки. Извернувшись, она сумела поймать пучок солнечных жёлтых цветов, перевязанных сухой травой. В воздухе запахло нагретым на солнце летним лугом.
Лу сунула букет зверобоя Амароку под нос, и тот с отвращением отпрянул, разжав пальцы. Лу плюхнулась на копчик – позвоночник болезненно
встряхнуло – и торопливо отползла, здоровой рукой держа метёлку из трав прямо перед собой, как в фильмах про вампиров держат распятие.
Ещё одна услуга, за которую нужно поблагодарить: не забыть принести микролешему целый мешок угощений…
– Надо же, – хмыкнул Амарок, больше не пытаясь приблизиться. – Умно. Правда, если забыть, что вокруг нас несколько дюжин существ, которых этот гербарий совсем не впечатляет, и они запросто разорвут тебя по первому моему слову. Может, приказать им? Чтоб от тебя больше не было хлопот. В конце концов, ты мне теперь не нужна.
– Ч-что? – переспросила Лу. Она не понимала, о чём он говорит. Не нужна?! Шесть месяцев преследования – за просто так?!
