– Уйди в коридор и задрай, – он коротко смеётся, – если сможешь, люк в кабину. Мы тебе сейчас стекло вынесем.
– Промахнётесь – взорвёте меня нафиг.
– Всё в руках его, – обнадёживает он меня. – Всё, иди и молись.
Следую его совету и ложусь на пол в коридоре, в стороне от проёма двери в рубку. Задраить её я так и не смог.
Банг! – Раздаётся звонкий одиночный удар и слышу свист покидающего корабль воздуха. Дождавшись окончания, встаю и возвращаюсь в рубку. Там меня ждёт непривычное зрелище – держась рукой за раму, снаружи висит человек в скафандре. В другой его руке здоровенный молот. Это он что – им стекло вынес? Оно хоть и с трещинами было, но всё же бронированное.
Он кивает мне и сквозь стекло я вижу его широкую улыбку.
Выбираюсь из корабля и, сопровождаемый им, плыву к Анаконде. Там нас встречают сразу за шлюзом.
– Я впечатлён, – протягивает мне руку мужик в возрасте с полностью седой головой. Пожимаю протянутую руку.
– Вы продержались до нашего прихода.
– Повезло.
– Скромность – одна из добродетелей Его, коими он щедро одаряет детей своих.
С трудом подавляю зевок, но мужик замечает.
– Не буду утомлять вас. Отдыхайте. Брат Тод просил предоставить вам отдельную келью. Кид вас проводит. – Он кивает на того мужика, который разбил стекло моего корабля.
– Позвольте спросить, отче, – скромно наклонив голову обращаюсь к седому. И дождавшись его благосклонного кивка продолжаю: – Он, Кид то есть, что – молотком стекло разбил? Оно же броневое?!!
Оба расплываются в улыбках.
– Вера, сын мой, – беря меня под руку и ведя куда-то говорит седой, – она и не на такое способна. Отдыхайте и не забывайте молиться.
Он выпускает, точнее передаёт мою руку Киду и уходит.
– Вера? – Я в упор смотрю на улыбающегося молодого человека.
– Она самая, – отвечает он ведя меня по коридору. – Вера и одиночный выстрел из пулемёта. Я корректировал прицел снаружи. Вера она всё может!
На сей раз брат Тод встретил меня прямо в Ангаре. Если быть точным – то я пересёкся с ним в широком коридоре, ведущим от ангаров вглубь станции, к жилым и административным отсекам.
Я было начал рассказывать о своих похождениях, но он прервал меня взмахом руки.
– В курсе. Детали потом, сейчас более важные дела есть. Следуй за мной.
Пришлось подчиниться и последовать за ним. По пути всё же решил задать один, мучавший меня всё это время вопрос:
– Как там Ариша?
– Ариша? С ней всё в порядке. Через пару дней вернётся в строй, сейчас в отпуске, – всё так же отрывисто проинформировал он меня, не снижая темпа ходьбы.
Сделав несколько поворотов и спустившись на уровень ниже, мы оказались в просторном грузовом отсеке – множество таких расположено под ангарными платформами. Сюда транспортники сгружают свои конты, которые после проверки распределяются по соответствующим складам.
На сей раз отсек был практически пуст – только около входа лежало в ряд около 8 – 10 контейнеров.
– Нашли? – Обратился Тод к сидевшим на контах грузчикам.
– А чего искать-то? – Поднялся со своего места их старший. – Вот он, Ваше преподобие. И маркировка на нём соответствующая – личный груз Ком 3 УФ.
– Хорошо, – довольно потёр руки Тод. – Доставьте ко мне в кабинет.
И – уже ко мне:
– На адмирала посмотреть хочешь?
Отрицательно качаю головой – чего я не видел-то?
– Зря… зря. Очень! – Он сделал паузу. – Очень поучительное зрелище. Но не буду настаивать. Идём.
– Куда?
– Ко мне, куда же ещё. В дознавательную тебе ещё рано – потечёшь.
Неопределённо пожимаю плечами – может потеку, а может и нет.
Ещё немного плутания по станции, и мы заходим к нему – конт уже доставили и он лежит на полу, практически перегораживая всю комнатку.
Ну-с… приступим. – Он протягивает мне пару рабочих перчаток.
– Открывай и передавай мне по одному, – командует он.
Натягиваю перчатки и начинаю отщёлкивать замки конта.
– Ваше высокопреосвященство, – решаю применить лесть. – А мои деяния как оцениваются?
– Не преосвященство, брат. Просто брат Тод, – поправляет он меня. – А деяния твои, сын мой, зачтутся тебе, не переживай.
– Спасибо, брат. А в более материальном эквиваленте?
– Алчность – грех, сын мой. И давай уже, доставай. Вознаградим. Не переживай.
Хмыкаю – в том смысле что грешен и, распахнув створки конта, начинаю доставать разнокалиберные коробочки. Их в там много и когда я извлекаю последнюю, стол оказывается заполненным полностью. Оттираю пот со лба.
– И что дальше, брат?
Тод склоняет голову набок и прищурившись спрашивает меня:
– У тебя желания присоединиться к нам не возникло ещё?
Стать инквизитором? Мне? Да ну нафиг. Наверное все эти мысли отразились на моём лице, так как он вздохнул и протягивая руку к одной из коробок произнёс нейтральным тоном:
– Жаль, жаль. Вы производите впечатление достойного ревнителя Веры. Ах, да – совсем забыл сказать. Ты же понимаешь, что всё увиденное тобой тут должно умереть вместе с тобой?
При этих словах он потянулся за платком в карман брюк и откинувшаяся пола плаща недвусмысленно обнажила висевшую на его бедре кобуру.
– Да, конечно понимаю, – поспеши заверить его.
