Когда мне в руки попала связка испещренных иероглифами прямоугольничков с бороздками, мне показалось, что один из них мигнул знакомым мне голубым, "властительским" светом. Теряя драгоценное время, я не поленился отыскать в куче барахла странно проявившую себя хрень. Мне повезло, я нашел искомое быстро. И помогли в этом несколько пятнышек, по всей видимости, моей собственной крови, которые я обнаружил на одной из карточек. А иначе бы пришлось отложить поиски на неопределенный срок. Ведь можно было до морковкиного заговенья перебирать всю кипу прямоугольников с бороздками, так и отыскав нужного. При касании пальцем окровавленная карточка (вернее, один из имеющихся на ней выпуклых иероглифов) снова мигнула "голубым" светом. Другие же несколько карточек, выбранные наугад, никак на мою "мануальную терапию" не реагировали. Шестое чувство, интуиция, – называйте как хотите, – подсказало мне, что это загадочное поведение куска инопланетного пластика может каким-то образом мне пригодиться.
Смешивать окрапленную собственной кровью карточку с остальными мне не хотелось. Я наудачу поискал на "памперсах" задний кармашек. И, слава крокодильим богам, обнаружил его на обычном месте. Туда я и прибрал, предварительно отцепив с общей связки, странную карточку. Появилась у меня насчет этой штуковины пара мыслишек, чего уж греха таить… И только потом я стремглав метнулся через "живой" пол к изнывающим в ожидании меня Васе и Голове.
Но не тут-то было. Пока я копошился с мелочевкой из Хранилища, текучий пол успел практически восстановиться. Вася попробовал снова пройтись по нему зелеными молниями. Но заряда трехстволки едва хватило на пару выстрелов. В общем, если бы не Голова, туго бы мне пришлось.
Андроид, управляемый башкой через пульт ДУ, не мешкал. Поставил сундучок с хозяином на пол. Покопался с пару секунд во внутреннем кармане многострадального Васиного плаща. Извлек оттуда моток тонкой бечевки (явно из запасов пожарных). И через несколько мгновений в мою сторону полетел спасительный, как говорят моряки, конец. Я мертвой хваткой вцепился в этот самый конец и был благополучно вытащен усилиями того же андроида на палубную твердь.
Вася, не успел я попасть вторично за сегодня в его медвежьи объятия, тут же несколько на повышенных тонах высказал мне претензию:
– Ты, Димон, на ручник вообще невовремя встал! Матрос, кажись, уже последний шкалик с Олежи вытрясает. Сейчас хряпнет и пойдет ловить закуску!
Я же ответил с поразительным спокойствием, без надрыва и истерик, как и подобает настоящему мужчине в его последний час:
– Надо мне было… И не все ли тебе равно, братан, сожрет тебя Марргон-той первым или выловит потом в одном из здешних темных закоулков? Выход-то в тоннель Думающий заплавил. Единственная дверь в другой отсек двенадцатизначным шифром запаролена. Так что нам с этой подводной лодки деваться некуда. Разве что господин Коч… Косшанни-Арро какие-то варианты предложит. Все-таки Зефирный Моряк как-никак его друг…
– Можете, коли вам так удобственней, отроки, именовать меня Кожаный Урод. Таково мне именование-погоняло прикрепилось в бытность охотником за пресмыкающимися хладнокровными, – прогнусавила Голова, не отрывая, впрочем, взгляда глаза от своего закадычного дружка Марргон-тоя. – Но лучше нам продолжить общение взаимовыгодное в другой точке пространства. Зрю я, что вновь именованный Соль-Аррис, воистину, как и глаголил отрок Кингконг, вот-вот отторгнет у своего Нуммо-гойта последнюю невеликую емкость спиртного. И тогда сохраненная матрица хомо-забулдыги по именованию Парфюмер (Голова и его знает?) уступит таки место личной, базовой матрице Соль-Арриса. После чего Марргон-той, внесомнительно, тут же приступит к выполнению повеления Главного Думающего – начнет Бруххо именуемый Акт Кормления.
– Но вы же, Кожаный Урод, кажется, пообещали спасти нас? – строго спросил Вася.
– Вас двойственно, отроки Кингконг и Застекленный Червь, – да. В том случае, конечно, если отрок Застекленный Червь воистину ведает Тайное Число Повелевания Вещью Чудесной. Но нет у меня требовательности спасать все стадное сообщество хомо, которое вероломно пленив меня, вторглось в Карантинный Покой Межзвездной Ладьи. Моими компаньонами коварными тоже придется пожертвовать вынужденно…
Между тем наш химик уже распрощался с последней скляночкой алкоголя, которая тут же бесследно сгинула в пасти Морячка. Но проспиртованная матрица бомжа Парфюмера упорно не желала уступать трон ментальной сущности основному хозяину аморфного тела – Марргон-тою Соль-Аррису. Зефирный Моряк, занюхав "дриньк" белоснежным" рукавом матроски, трубным голосом затянул хит всех времен и народов "Степь да степь кругом…". Что дало нам еще некоторое время (хотя бы до окончания песни), чтобы найти выход из затруднительной ситуации. Как бы то ни было, я не мог отдать людей на растерзание разумному инопланетному студню.
– Нет! – как можно тверже произнес я. – Всех людей нужно вывести отсюда живыми. Даже "барыгу", хоть он и козел. Иначе сделки не будет.
На что Голова чуть ли не плача ответила:
