Так-то я не очень испугался, ждал чего-то подобного, но с рефлексами ничего не поделать. Пришлось дать себе несколько секунд передышки, чтобы унять дрожь в коленках. Тем более, что кидаться в бой без какой-либо инфы о враге было чревато. Поэтому я можно более равнодушно – марку-то Властителя надо держать – поитересовался у Головы:
– К-кто это?
– Не узнали? Да это же Карлсон, который живет на крыше! – угрюмо отозвалась башка, тщетно пытаясь обрести былую подвижность.
– Шутим, да?
– Лицезрейте самолично, – пробурчала Голова, уставившись единственным глазом поверх кучи строительного мусора.
И, правда, над штабелем бетонных плит уже вовсю жужжало пропеллерами чудовище со спящей красавицей в щупальцах. Летающий осьминог! Реально с восемью – я сосчитал – конечностями. Так-так-так… Осьминог, разноцветный… Такой же, только намного меньше, "танцевал" на показе "сохраненных личин" перед Ритуалом Великого Очищения. Так вот ты откуда на мою голову навязался. Еще одна сохранненная личина. Еще я не без доли горькой иронии подумал, что проснись Анна сейчас, ей останется только поседеть от вида пленившего ее монстра. Потому как ее волосы и так уже стояли дыбом. Чего не наблюдалось у остальных пострадавших на "Черном Клыке" от электротока.
Прикрываясь заложницей, монстр чувствовал себя в полной безопасности. Прямо на моих глазах перекрасился в индиго, так что джинсовка Анны на его фоне почти не выделялась. Я пока не мог применить против него свое секретное оружие – далековато, да и выронит еще, не дай Бог, племянницу на бетон и все – привет. Тогда я точно загремлю в Антарктическую тюрьму на тысячу и одну ночь. При чем – полярную. Об добром ударе весла или выстреле из обреза тоже мечтать не приходилось.
– Истинно, прислужник мятежный, глаголишь! – донесся сверху прекрасно мне знакомый голос. – Я – Карлс-сон! – Свободный в личном существовании, необремененный обязанностями, мобильный в мобильной среде, и прочее, и прочее, и прочее…
"Мать мою за ногу! Так это ж Главный Думающий! " – мысленно охренел я. И поспешил пресечь долгие разглагольствования компа, променявшего спокойное существование на цифровых (или что у них там?) носителях "Черного Клыка" на вольную житуху сюрреалистического гибрида дрона и осьминога. Вот-вот появится господин лейтенант и, определенно, не обрадуется, что племянница болтается в воздухе в объятиях какого-то жуткого мутанта. С наигранным удивлением, будто на улице случайно встретил старого знакомого, я сказал:
– А, Главный Думающий, и вы здесь! Крысы бегут с тонущего корабля, не так ли? Хоть бы поприветствовали своего Капитана, аль в школе не обучены? И вот что: положьте-ка аккуратненько мою собственность на травку, а то мало ли… Я вам тогда благодарность объявлю какой хотите степени…
– Ой! Слышится ли мне аудиосенсорами, будто жаба на болоте квакнула? А нет – это комар насекомообразный пропищал… – легко парировал "наезд" Думающий. – Не выпустить бы мне из псевдоподий добычу законную, а то внизу затаился хищник Глюм-даллуг, коварством славный. Ему не составило даже трудов мимикрировать под Капитана Бубур-роу, пропавшего безвестно по неподдающимся логическому осмыслению причинам…
Я тронул личный знак на груди. Бляха предсказуемо мигнула синим светом. Но что толку? Думающий только рассмеялся в ответ:
– Капитан Бубур-роу, он же – Глюм-даллуг! Да поймите вы, наконец, умственно – Главного Думающего больше нет. Лишь пустые кристаллы памяти остались на схлопывающемся по милости одного пакостного биомеханизма "Черном Клыке". Я же – Карлс-сон, разумная сохраненная личина вышеупомянутого неподвижного прислужника улучшенной модификации. И мне, как пишут в старинных книгах хомо, положить с прибором на ваш сраный значок. Я честно выиграл у старого Марргон-тоя в хомо-шахматы Гунтресс-желание. И, знаете, что я возжелал? Перерождение из прикованной к кораблю псевдоличности в свободное от чужого владычества сверхсущество.
– Короче, Думающий… Чего ты хочешь за освобождение девушки? – напрямую спросил я, хватаясь за эфемерную возможность успеть таки освободить племянницу до прибытия любящего дядюшки.
