– Не расстраивайся, – я подала ему руку и помогла встать. – Я знаток женской психологии. Разберемся.
И воспрянувший духом, резко расхотевший меня похищать герой–любовник радостно закивал.
Я немного взгрустнула. Как-то уж очень быстро он меня забыл. А как же страдания, песни, стихи, посвященные недоступной и бесконечно далекой музе? Нету страданий. И стихов я тоже, видимо, не дождусь. Что поделать? Такова жизнь…
«Естественный отбор», – я посмотрела на свои скромные достоинства.
А вообще мысль занимательная.
Сидим мы с Гейблом, например, на открытой террасе нашего милого уютного домика, распиваем чай. На мне какой-нибудь очень эротический наряд, такое прозрачное коротенькое платьице, отделанное несколькими помпончиками (чтобы мужской взор сразу знал, куда ему целиться), пушистые тапочки, а в руках большой желтый банан, который я игриво очищаю и от которого я не менее игриво откусываю.
Гейбл сидит напротив, он…
«Нет, не голый», – отмахнулась я от волнительной картинки, которую вмиг нарисовало распаленное сегодняшним днем воображение.
Он в длинном шелковом халате и в руках его сигара.
Он пускает колечки из дыма, слегка прикрывая ресницы и бросая на меня томные взгляды.
Я все еще откусываю от банана.
– Владычица моего сердца! – выдыхает он очередное кольцо.
И кольцо это в форме сердечка.
– Мой лев! – я кладу желтый фрукт на столик, скидываю свой костюмчик и прыгаю в его объятия.
– О Джи – звезда! – истошный крик Бенжамина разрезает уютную тишину. – Как ночь темна!
Это такая игра слов (без меня, его ночь темна).
Я подскакиваю сидя на руках у мужа и больно бьюсь макушкой о его подбородок.
– Ведь так сильна моя любовь, и в жилах леденеет кровь! – дурным голосом поет мой поклонник серенаду.
– Когда же ты уже успокоишься?! – задает Гейбл риторический вопрос. – Ты уже двадцать пять лет каждый вечер это поешь! Ну, придумал бы уже что–то новое!
– Новое – это хорошо забытое старое, – Бенжамин без тени стеснения поднимается на террасу и занимает мое пустое кресло.
За эти двадцать пять лет он нас и не в таком виде видал.
– Вы продолжайте, продолжайте, – Бен с аппетитом доедает мой банан, – я пока поем.
И тут я поняла, что поклонники и серенады – это, конечно, хорошо. Но лучше обойдемся без них.
– Да ну, не может быть! – мистер репортер совершенно неожиданно возник на моем пути. – Какие неожиданные выводы! – Кларксон оттеснил меня обратно за фонтан. – Но радостные, – наклонился он ко мне.
И тут взгляд его зацепился за фонтан, а вернее за русалку в нем.
– Вот это да! – он обалдело оглядывал выдающиеся формы скульптуры. – Очень похоже! Не пойму, что это она делает? – он слегка нахмурился, а я во избежание испорченного настроения, психологической травмы и последующего проецирования действий моего морского альтер–эго на нашу совместную с Гейблом жизнь, обхватила лицо мужа двумя руками и хорошенько поцеловала.
В целях профилактики.
Глава 12
Наш вечер проходил хорошо.
Нет, наш вечер проходил прекрасно.
Я сидела на руках у супруга (он сказал – так надежнее), папа, Император и начальник охраны первого лица Силиона играли в занимательную и очень азартную мужскую игру – перепей другого (лидировал Император, но мне думается, папа и Энтони ему поддавались), Луи грустно сидел в уголке. Энн отобрала у Розы микрофон и пела душераздирающую песню о том, что сердце её, несмотря ни на что будет биться. Роза от такого произвола слегка прибалдела и долго стояла с открытым ртом, пока Эмма не забросила ей туда корнишон со словами: «Уровень глюкозы в крови надо поддерживать».
Как по мне – перевод продуктов.
Алекс подпирал рукой подбородок и умиленно смотрел на свою невесту, Шерон эротически извивалась под громкие вокальные изыски художественного агента, а Кевин внимательно за всем этим действом наблюдал.
У Бена появился серьезный конкурент.
Бенжамин, кстати говоря, пытался составить Шерон пару, но она была так поглощена танцем, что этого не замечала.
«С этим надо срочно что–то делать», – решила я и попыталась встать.
– Куда? – Кларксон усадил меня обратно.
– Ты серенаду под моим окном от Бенжамина хочешь? – серьезно спросила я.
– Не очень, – так же серьезно ответил Гейбл и покраснел от еле сдерживаемого смеха.
– Так вот если не хочешь, – я немного возмутилась, что тут смешного? – то пусти меня. Я пойду ему личную жизнь устраивать, – обижено добавила я и снова попыталась встать.
Кларксон опять вернул меня на место.
– Только, пожалуйста, в пределах видимости ему личную жизнь устраивай, – шепнул мне муж на ушко и слегка прикусил за мочку.
– Это как это? – уточнила я, улетая в нирвану от такого дела.
– Это не выходя из зала, – Гейбл сурово свел брови.
Я кивнула.
Ну, все-таки первый день замужем, не стоит сейчас показывать ему свой характер.
Должна же во мне оставаться какая-то загадка? Должен же быть ему какой-то сюрприз?
– Конечно, милый! – улыбнулась я как можно нежнее. – Все как скажет властелин моего сердца!
– Это–то и настораживает, – нахмурился Кларксон, но меня отпустил.
«Мне прямо тиран достался», – довольно подумала я.
Какая женщина не мечтала бы о таком ревнивце?
Никакая.
