- Не холодный вовсе, – признал он.
Все по очереди стали лапать лидера, хотя многие даже не знали, зачем.
- Самовнушение, «коллега», – со щепоткой пренебрежения улыбнулся Юно. Чонсу выстрелил в него рассерженным взглядом. – О, только не это. Вижу альфа-самца, готового сразиться со мной за территорию! Сэр, уводите свою стаю, ваш выход – через один коллектив.
- Наши лидеры ругаются, – шепнул Чанмин Кюхёну. – Нам тоже поссориться, чтобы их поддержать?
- Бедное создание, – сочувственно произнес монах.
Чанмин задумчиво нахмурился. Почему все его так называли?
Победителями на этой неделе стали EXO – их новая песня взорвала все хит-парады. Остальные выступающие вышли на сцену, чтобы поддержать и похвалить парней. Чонсу почувствовал прикосновение к груди чего-то весьма холодного, но решил не обращать внимания. Наверное, легкую реакцию на «своих» оборотня с вампиром убрать не удалось, а позориться во второй раз и видеть презрительную усмешку на губах герцога совсем не хотелось. Ну, что нечистая сила станет делать на записи музыкального шоу? Сыновей и верного слуги главного злодея в группе больше нет, на что ему тут смотреть?
Джеджун ушел раньше всех и не стал долго прощаться со зрителями в зале – его начало немного тошнить (позже кто-то предположил, что его обидела победа младших товарищей, ведь DBSK тоже недавно выпустили новую песню). Омега, правда, успел лишь закрыться в кабинке, когда почувствовал, что неприятные ощущения прошли. В этот раз было намного легче, чем в прошлый, – он не просто работал, а вел суматошную жизнь айдола и не особенно жаловался на плохое самочувствие. Тем не менее, выходить из просторной кабинки не хотелось – хоть где-то нужно было остаться одному. Джеджун прислонился к стенке спиной и старательно примял к телу одежду. Нет, Джунсу все-таки погорячился, пока в худшем случае можно решить, что ему нужен спортзал. Но ведь это ненадолго. Через месяц уже будет стыдно показываться людям на глаза. Надо было звонить дону Эстебану, узнавать, где спрятали певцов, и меняться. «Прости, малыш, – мысленно сказал ребенку Джеджун, положив одну руку на живот. – Твоего покойного старшего братика я не прятал… Но знай: я тобой все равно горжусь, что бы люди ни говорили. Я хочу, чтобы ты был здоровым и родился. Это – чудо жизни. Мы с твоим папой – вымышленные, но ты, плод нашей любви, – настоящий.»
- Джеш, тебя там рвет, что ли? – спросил за дверью Джунсу. – Волосенки подержать?
- Он пьяный? – предположил кто-то, чьего голоса Джеджун не знал, – вероятно, артист.
- В дрова, это же Дже, – не стал спорить Джунсу. – Он трезвым не выступает. – Второй человек ушел из туалета, и Джунсу сообщил: – Все расходятся.
Неожиданно Джеджун ощутил по-настоящему сильную тошноту и быстро опустился на корточки перед унитазом – его сразу вырвало.
- М-да, мать, фигово, – посочувствовал Джунсу. – Как оклемаешься – иди. Мы с майором ждем тебя в машине.
- Спасибо, – ответил Джеджун и тут же отправил в унитаз новую порцию оставшейся в желудке еды.
- Слава здоровым слэшерам, я не из омегаверса, – произнес Джунсу, покидая туалет.
Художник устроился в машине Ючона и прямо на парковке начал прелюдию к обещанной ночи. Майор пресекал эту наглость: всюду стояли камеры слежения.
- Армия сопротивления сопротивляется, – хихикнул Джунсу, настойчиво гладя ладонью бедро Ючона и все время норовя переместиться к области паха. – Но ведь ночью она поднимет белый флаг?
- Су, хорош, – коротко попросил майор. – Давай до общаги подождем.
- Ты никогда не занимался сексом в машине? – Джунсу расстегнул молнию на его куртке и стал скользить рукой по ткани рубашки, как бы случайно просунув один палец между пуговиц; поразмыслив, он игриво царапнул кожу ногтем. – На заднем сидении, как в песне JYJ…
- Не-а. А ты занимался сексом в танке?
- Ты ухитрился трахнуть кого-то в танке?! Один-ноль в твою пользу… – Джунсу посмотрел на заднее сидение, сказал себе, что это правда рискованно, и вернулся к своим легким приставаниям. – Давай будем делать это долго. Я хочу, чтобы предстоящая ночь запомнилась нам на всю жизнь… Твой первый опыт с мужчиной и мой – в качестве пассива…
- А че раньше не хотел? – Ючон погладил его по голове. – Стремался?
- Ну, я же понимал, что любовником ты будешь невнимательным… и готовился. – Майор наконец напрягся, и Джунсу поздравил себя с победой. Он стал шептать ему на ухо, то и дело задевая губами кожу: – Я не хотел, чтобы ты причинил мне слишком сильную боль, и купил некоторые игрушки, с помощью которых приучал себя к этим ощущениям. Сначала мне казалось, что ничего у нас не выйдет, но постепенно мое тело стало отзываться на проникновения. Мне приятно это, и теперь я хочу тебя… – Майор взволнованно отвернулся к окну, и художник понял, что тоже заводится – ну нравилось ему смущать этого неотесанного военного, и все тут! – Только учти: я слишком рано сорвался и закончил подготовку, опробованные игрушки значительно меньше твоего члена. Тебе все-таки придется проявить немного нежности, офицер, иначе пострадает попа, которая так тебе нравится…
