1 февраля Иван IV приказал изготавливать осадные туры, в этот же день стрельцы Василия Пивова и Ивана Мячкова окопались на острове посередине Двины и открыли огонь по городу. 2 февраля Иван Васильевич устроил смотр войскам, объехал с воеводами Полоцк и изучил городские укрепления. Из-за того, что лед на реке стал неожиданно таять, царь был вынужден произвести перегруппировку полков. 4 и 5 февраля под вражеским огнем русские установили осадные туры и взяли Полоцк в тесную осаду. Ночью стрельцы Ивана Голохвастова подожгли возвышающуюся над Двиной башню и проникли в острог. Но царь не рискнул развить успех и приказал стрельцам вернуться назад, войска не были готовы к генеральному штурму. Начиная с пятого февраля, воеводы вели переговоры с полочанами о сдаче города, но без успеха. Вечером 7 февраля в царский лагерь прибыли тяжелые осадные орудия. Мощный обстрел начался на следующий день, когда со стен Полоцка открыли стрельбу по царским переговорщикам. Царские пушки били по посаду и Острожным воротам, напротив которых были возведены осадные туры. Не имя возможности удержать «великий острог», полоцкий воевода Станислав Довойна 9 февраля приказал поджечь посад и отступить в замок. Воспользовавшись суматохой, дети боярские, стрельцы и казаки ворвались на посад и вступили в бой с литовцами. На помощь им воеводы Дмитрий Хворостинин и Дмитрий Овчинин повели в атаку государев полк, «и иные головы Ляхов в остроге потоптали и в город вбили, а государевых людеи отвели здорово» (84, 310). Во время боя из посада в расположение царской рати бежало 11 600 местных жителей, «великий острог» сгорел дотла. На пожарище, напротив замковых ворот, воевода Михаил Репнин поставил большие пушки – Кашпирову, Степанову, Павлина, Орла, Медведя – и открыл огонь по замку. Пушечный наряд день и ночь бил из-за Двины и Полоты по Полоцку, стены замка были разрушены, ворота выбиты, литовские пушкари убиты. Двадцатипудовые ядра насквозь пробивали деревянные укрепления и долетали до противоположной стены. Стоял страшный грохот, «от многаго пушечнего и пищалнаго стреляния земле дрогати» (84, 311). Довойна с семьей укрылся в каменном Софийском соборе и ждал прекращения обстрела, горожане попрятались в погребах и ямах, замковая артиллерия молчала. Ночью 10 февраля литовцы в конном и пешем строю пошли на прорыв и атаковали позиции, которые защищали ратники воеводы Ивана Шереметьева Большого. Вылазка не удалась, литовцев отбросили обратно в замок. Во время боя воевода был ранен, «Ивана Шереметева в ту пору стрелили ис пушки и погладило тем ядром Ивана по уху» (84, 311). Шереметьева заменил князь Юрий Кашин. 11 февраля русские произвели перестановку тяжелых орудий и в течение двух суток непрерывно обстреливали крепость. Вечером 14 февраля стрельцы в нескольких местах подожгли городские стены, пожар быстро начал распространяться по замку. Ночью царь Иван приказал войскам готовиться к приступу, но за два часа до рассвета ему доложили, что Станислав Довойна сдает город. Литовский военачальник снял со стены знамя и отправил его государю, однако обстрел не прекратился. Рано утром 15 февраля полоцкий владыка Арсений вышел из ворот с крестным ходом, но ему было сказано, что стрельба по городу прекратится после того, как Довойна покинет замок. Пан Станислав в сопровождении шляхтичей вышел из ворот, отправился в русский лагерь и бил челом государю. Полоцк пал. В этот же день в город вошли войска Василия Серебряного и Петра Горенского, 18 февраля в Полоцк торжественно въехал Иван Васильевич. За всё время осады потери русских войск были незначительные: «Государьских же людеиот городские стрелбы бог сохранил, токмо, что ставили туры, убили пеших четырех детеи боярских молодых да голову казатскую, а стрелцов 66 человек да боярских людеи 15 человек» (84, 313). Точные потери литовцев неизвестны, летописец лишь отметил, что большое количество защитников города погибло от огня царских пушек.
Комплекс снаряжения и вооружения сына боярского XVII в.
