Греков был одним из любимых историков Сталина. Он создал концепцию феодализма в Древней Руси. С конца 1930‐х годов он считался фактическим руководителем советских историков. Согласно Грекову, восточные славяне перешли от общинного строя к феодальным отношениям, минуя рабовладельческую формацию. Историк также полагал, что основой хозяйственной деятельности Древней Руси кроме охоты и промысла было высокоразвитое пашенное земледелие, что также выглядит некоторым преувеличением. Ученый отрицал, что восточные славяне отставали в своем развитии от народов Запада. Греков преувеличивал степень развития государственности в Древней Руси и полагал, что Киевская Русь была вполне сложившимся и сильным для своего времени государством задолго до появления в ней варягов (норманнов), несмотря на то что до появления норманнов на территории восточных славян в начале IX века письменные, равно как и археологические источники признаков государственности здесь не фиксируют.
В своих трудах историк использовал богатейший материал, найденный им в архивах северных монастырей. Греков был автором концепции о том, что Киевская Русь была общей колыбелью для русского, украинского и белорусского народов. Он утверждал: «История Киевского государства – это не история Украины, не история Белоруссии, не история Великороссии. Это история государства, которое дало возможность созреть и вырасти и Украине, и Белоруссии, и Великороссии. В этом положении весь огромный смысл данного периода в жизни нашей страны». Как писал ученый, «под власть Киева были втянуты все восточнославянские и многие неславянские племена. Киевское государство стало обороноспособным в полной мере и грозным для своих соседей. Вражда племенных вождей прекратилась, появились условия для дальнейшего развития страны. Это, несомненно, важное достижение. Русский народ не случайно так хорошо запомнил этот период своей истории».
Греков глубоко исследовал историю русского крестьянства с IX века и вплоть до окончательно установившего крепостное право Соборного уложения 1649 года. Он сделал следующий вывод: «Русский крестьянин со своим топором и сохой привел в культурное состояние необозримые пространства Восточно-Европейской равнины и сумел перенести свои трудовые навыки на Урал, в далекую Азию. Крестьянин с оружием в руках оборонял свою родную землю в борьбе с многочисленными врагами и заслужил славу непобедимого. Крестьянин, несмотря на очень неблагоприятные условия, в которых он веками жил, дал своей стране сотни великих людей в области науки, искусства и литературы».
Роль Золотой Орды в русской истории Греков оценивал отрицательно: «Не при содействии татар, а именно в процессе тяжелой борьбы русского народа с золотоордынским гнетом создавалось Русское государство с Москвой во главе. Не Золотая Орда его создала, а родилось оно вопреки воле татарского хана, вопреки интересу его власти». Ученый видел все серьезные методологические трудности изучения древней истории: «Вполне понятную для древнейшей поры нашей истории скудость письменных источников наша современная наука пытается восполнить путем привлечения к решению стоящих перед нею задач новых и самых разнообразных материалов. Это – памятники материальной культуры, данные языка, пережитки самого русского народа, а также пережитки и быт народов нашего Союза, еще недавно стоявших на низших ступенях общественного развития, и пр. Но и расширение круга источников все же еще не дает нам возможности полностью разрешить стоящие перед нами проблемы и проникнуть в покрытое мраком далекое прошлое. Археология при всех своих больших успехах, особенно за последнее время, все же, в силу специфичности своего материала и методов его изучения, часто бессильна ответить на ряд стоящих перед нами вопросов; лингвистика не только ограничена в своих возможностях, но далеко не всегда дает нам даже то, что может дать. Сочетание данных археологии и лингвистики с привлечением фольклора, конечно, очень расширяет границы исторического знания, но тем не менее и этого недостаточно, чтобы спорные суждения превратить в бесспорную очевидность. Нельзя себя утешать и тем, что с момента появления письменных памятников положение историка делается совершенно иным, что письменные источники способны окончательно вывести нас из области более или менее обоснованных предположений. Письменный источник имеет свои особенности, требует специального подхода и далеко не всегда гарантирует возможность решения спорных вопросов, исключающую вполне законные сомнения». Греков осуществил академическую публикацию Русской Правды (1940–1947) в 2 томах и ряда других исторических источников.
