Признавая ценность и значимость каждого народа, неповторимость национальных языков и культур, обязательность соблюдения прав украинского народа, Драгоманов, тем не менее, не абсолютизировал этнонациональный момент в истории и общественной жизни Украины. Отстаивая права украинского народа на сохранение и развитие собственной национальной культуры и языка, он пришел к пониманию политической нации как гражданской общности людей, проживающих на одной территории и находящихся в отношениях друг к другу в соответствии с принятыми ими конституционными принципами.
При этом М. Драгоманова в равной степени отталкивали как современный ему капитализм с жестокой эксплуатацией человека человеком и социально-экономическим неравенством, так и бюрократизм абсолютистского унитарного государства с бесправием человека перед чиновничьим произволом. Вместе с тем, он никогда не считал, что радикальные революционные методы способны улучшить общественное состояние, категорически осуждая политический терроризм во всех его проявлениях. Неудивительно поэтому, что Драгоманов, пользовавшийся большим авторитетом среди украинской интеллигенции, в конституционно настроенных кругах русского общества, а также у социалистической и демократической общественности Европы, наталкивался на абсолютное непонимание со стороны националистических и шовинистических сил украинской, русской и польской общественности. Украинские националисты упрекали его в космополитизме и москвофильстве; русские шовинисты, радикалы и революционеры, обиженные критикой их централизма («Историческая Польша и великорусская демократия»), видели в нем украинского националиста; а некоторые польские журналы прямо называли его «московским агентом».
Изнурительная работа, постоянные материальные лишения, расхождения во взглядах со старыми друзьями окончательно подорвали и без того слабое здоровье Михаила Петровича. 20 июня 1895 г. остановилось сердце этого выдающегося человека. Похоронили его в Софии. После смерти мужа Людмила Михайловна Драгоманова вернулась в Киев, где и дожила до начала гражданской войны.
Влияние М. Драгоманова в последние годы жизни и после его смерти особенно сильно ощущается в Галиции (там жили его друзья-ученики И. Франко и М. Павлык), где относительно большей была свобода печатного слова, нежели на украинских территориях, входивших в состав России. Однако и в Галиции, и в родном Киеве на рубеже веков действовали так называемые «драгомановские» кружки умеренной социал-демократической ориентации.
В воззвании группы украинцев-студентов в Кракове, написанном и произнесенном В. Стефаником в 1895 г. в связи со смертью Драгоманова, говорилось о наследии Михаила Петровича как неотъемлемой составляющей украинской культуры, которое имеет огромный вес не только теперь, но и будет решительно актуальным в будущем. Тогда же журнал «Жите i слово» И. Франко обосновал необходимость полного издания и изучения научных трудов и огромного эпистолярного наследия ученого: «Сохранить память великого усопшего, использовать для народного продвижения все те семена широких и здоровых мыслей, рассыпанных в его писаниях, — вот величайшая задача друзей и почитателей М. П. Драгоманова… Чем быстрее наша общественность, и особенно наша интеллигенция приступит к спокойному разбору, к позитивному использованию его богатого духовного наследия, тем лучше для нее».
После революций 1905 и 1917 гг. идейное наследие М. Драгоманова привлекает пристальное внимание умеренных социалистов и либералов-демократов, входивших в Центральную Раду. Прежде всего это касается лидеров партий украинских социалистов-федералистов Д. Дорошенко и С. Ефремова, а также украинских федералистов-демократов во главе с В. Науменко.
Все сказанное дает нам основания говорить о том, что М. Драгоманов был первым украинским теоретиком социал-демократии, стоявшим вровень с передовой демократической и социалистической мыслью Европы своего времени, а во многом и превосходившим ее.
Становление системы науки в Украине в середине XIX века проходило многопланово, но с явным опережением гуманитарных дисциплин, связанных с народоведением и общими философско-мировоззренческими проблемами. Наряду с историей, этнографией и фольклористикой, связанными с деятельностью таких выдающихся личностей как М. Максимович и Н. Костомаров, В. Антонович и М. Драгоманов, на передовые рубежи мировой науки вышла украинская филология. Наиболее глубоким и авторитетным ее представителем был Александр Афанасьевич Потебня, которого с одинаковом правом можно считать и языковедом, и философом — философом языка. В этой сфере знания, давшей в XX веке много талантливых ученых, он выступал подлинным первооткрывателем и новатором.
