100 великих загадок Крыма полностью

Из досье историков: волшебство технологии

Виноградари, работавшие у Анны Голицыной, использовали новейшие французские и немецкие методы виноделия. Собранные виноградные гроздья эграпажировали, то есть отделяли ягоды от кистей, с помощью особой кадки с решеткой, выписанной из Германии. Затем производили пижаж: ягоды засыпали в чаны до половины, плотно закрывали крышками и ежедневно рано утром перемешивали специальными колодками, чтобы масса бродила равномерно. Через 10–12 дней ее сливали в приготовленные бочки с небольшими металлическими трубками, соединенными с резервуаром, наполненным водой. Пока вино бродило, из трубок в воду поступал газ. Когда брожение заканчивалось, служители доливали бочки доверху, закупоривали и затем еще несколько раз переливали вино до тех пор, пока оно не переставало мутнеть. Затем очищали напиток при помощи яичных белков (из соотношения 2 белка на 5 ведер вина). Лишь после всех этих процедур вино было готово к розливу в бутылки.

Выдерживали вина в специально оборудованных подвалах при определенной температуре. Швейцарский архитектор Карл Эшлиман выстроил такой подвал на нижней площадке имения Кореиз. Ученый Петр Кеппен, зорко следивший за развитием винного предприятия княгини, сообщал: «Погреб в Хураизе (Кореизе) строится с начала весны, для свода коего ноздреватый камень доставляется из Феодосии, и погреб сей, устраиваемый над магазином, обойдется тысяч в 16 или 18 рублей».

Хозяйка Кореиза осталась довольна винным погребом – вместительный, удобный, с постоянной равномерной температурой, что важно для качественной выдержки вин. Внешне каменный винный погреб выглядел эффектно, построен в форме латинского креста, с двумя башенками, гости его сравнивали с готическим замком. Это льстило Анне Сергеевне, увлекавшейся Средневековьем и мистикой.

Была еще одна проблема, которую княгиня Голицына пыталась разрешить, – где найти рынок сбыта. В первые годы она могла продавать свои выдержанные красные вина лишь в Харькове. В 1831 году реализовала 120 ведер по 22 рубля каждое. Неплохо для начала, но хотелось большего. Анне Голицыной, как и графу Воронцову, мечталось завоевать крупные рынки – Москву и Санкт-Петербург. Она неустанно хлопотала об этом – писала влиятельным друзьям, слала прошения в Министерство юстиции и лично на имя императора. С помощью графа Воронцова Анна Голицына получила наконец разрешение торговать в Москве и «выставлять на погребах, всюду, где будет производиться продажа, вывеску Императорской винопродавицы вин Южного берега Крыма».

В 1834 году Анна Голицына получила 1400 ведер вина в год. В 1835 году – 1200 ведер, в том числе рислинга 200 ведер.

Княгиня Голицына верила, что через 10–15 лет добьется желаемого признания своих вин в России и за рубежом. К сожалению, ее мечта не осуществилась. Она скоропостижно скончалась в 1838 году. Амбициозное винное предприятие графа Воронцова тоже сошло на нет. В Крыму продолжали создавать хорошие напитки, но из-за отдаленности от промышленных и торговых центров, отсутствия путей сообщения и каботажного судоходства они лишь частично попадали на крупные рынки и не могли конкурировать с хорошо известными европейскими марками.

Из досье историков: голицынские погреба