Надо заметить, что практически до XVIII века на Южном берегу виноделием не занимались. Впрочем, археологи находили в Крыму косточки дикого винограда в кувшинах на месте бывших поселений тавров, в горных районах Крыма. Но культурные сорта винограда выращивали именно греки в окрестностях Херсонеса Таврического и в Боспорском царстве. Большая часть вина поставлялась морем в метрополию и другие страны, расположенные по берегам Черного и Средиземного морей. Отправляли вино также кочевым степным племенам и северным народам. Основным сосудом для транспортировки тогда были амфоры. Керамические амфоры производились в Крыму местными гончарами. Очередной и довольно сильный импульс виноделие в Крыму получило с возникновением в 20‑х годах XIX века крупных имений русской аристократии и помещиков…
…Одна любознательная иностранка, путешествовавшая в 1830‑х годах по югу России, записала в дневнике: «Сказывают, при графе Воронцове Крым расцвел. Теперь там все разводят виноградники и делают вина. В сем предприятии участвуют даже русские дамы. И первая среди них – madame Galitzine». Иностранка имела в виду Анну Сергеевну Голицыну, урожденную Всеволожскую. Эту княгиню и ученую хорошо знали не только в России, но и в Западной Европе. В своем крымском поместье Кореиз Анна Сергеевна Голицына делала отличные вина и была в этом искусстве первой среди русских дам…
Уже в юности Анна вела себя странно. Одевалась необычно, немного на мужской манер, пренебрегала балами и светским протоколом, много читала, интересовалась философией, религией. В 22 года Анна написала книгу «Образец для детей, или Жизнь маленького графа Платона Зубова». О замужестве она не помышляла, но родственники и светские приличия оказались сильнее ее железной воли. Анна вышла замуж. Ее избранником стал князь Иван Александрович Голицын, светский весельчак и балагур. Ничего не имея за душой, он был чрезвычайно рад поправить браком свое денежное положение.
В качестве подарка князь Иван Голицын получил от невесты портфель, набитый деньгами и ценными бумагами. Фраза Голицыной, сопроводившая подношение, кочует из одних мемуаров в другие: «Здесь половина моего состояния. Возьмите его себе. И теперь все кончено меж нами». Голицын вприпрыжку понесся в Париж, где вторично и уже по любви женился на певичке де Лоран, превратился в сумасшедшего бретера и приобрел кличку Jean de Paris, Парижский Иван.
Анна осталась в Петербурге и сблизилась с Юлией Крюденер, авантюристкой, писательницей и проповедницей, которая отчетливо видела будущее, но была парадоксально недальновидной. Намекала на то, что идея Священного союза принадлежит не русскому императору, а ей. Говорила, как устроить будущее Европы и России. И даже призывала к войне за освобождение Греции. Все это публика запоминала и доводила до сведения императора. В 1822 году Александр I запретил мистические сборища. Крюденер и ее приспешница Анна Голицына оказались в опале.
Как раз в это непростое время чиновник и талантливый ученый Франц Беркгейм, женатый на дочери Крюденер, пытался реализовать проект устройства на диковатом Южном берегу Крыма сельскохозяйственной колонии.
Из досье историков: при поддержке соседа
