Вы сами,Друзья мои, судите – каковоМне в жизни вообще пришлось. На западЯ без гроша явился, бедным парнем;Пришлось трудиться до седьмого потаИз-за куска насущного, поверьте!Но жизнь сладка, – недаром говорится, —А смерть горька. Затем я понемногуСтал выбиваться из нужды; и счастьеКо мне благоволило и судьба;И сам я изворотлив был и ловок;Год от году все лучше шли дела,И через десять лет среди чарльстоунскихСудовладельцев я считался крезом;Из порта в порт моя промчалась слава;Я истинным любимцем счастья слыл…
Коттон
А чем вели торговлю?
Пер Гюнт
В КаролинуВвозил я негров, а в Китай – божков.
Баллон
Fi donc!
Трумпетерстроле
Сто тысяч троллей, дядя Гюнт!
Пер Гюнт
Вам кажется, пожалуй, что торговляМоя на самом кончике вертеласьТого, что дозволяется законом?И сам я это живо ощущал,И наконец претить мне стало дело.Но, раз затеяв предприятье, трудно,Поверьте слову, прекратить его,Особенно же крупное такое.Тут, знаете ли, тысячами пахнет, —И сразу вдруг порвать никак нельзя.И вообще я враг крутых решений…С другой же стороны, признаться должен,Я во вниманье принимал всегдаПоследствия, и преступать границыВсегда немножко страшно было мне.К тому же я уж был не так-то молод —К пяти десяткам дело подходило,Сединки появились в волосах;И вот, хотя не мог я на здоровьеСвое пожаловаться, стали мыслиМеня докучливые навещать;Как знать, когда пробьет твой смертный час,И приговор когда объявлен будет,И овцы от козлов отделены?Что делать тут? Совсем прервать сношеньяС Китаем было делом невозможным,Вот и придумал я такой исход:Второе предприятие затеял,Что б коррективом первому служило;Ввозил в Китай весною я божков,А осень туда ж – миссионеров,Снабжая их необходимым всем —Чулками, ромом, библиями, рисом…
Коттон
Не даром же, а с прибылью, надеюсь?
Пер Гюнт
Ну, разумеется. И дело шло.Миссионеры ревностно трудились:На каждого там сбытого божкаНовокрещеный кули приходился,И вред нейтрализован был вполне.Ведь поле действия миссионеровПод паром никогда не оставалось, —Божкам ввозимым объявлялся шах!
