Фраза прозвучала чуть резче, чем Антон собирался ее озвучить, но Ланс на резкость никак не отреагировал.
- В какой-то мере, да, - спокойно ответил он. - Жесткие рамки хороши для закрытых городов, а в полях часто приходится действовать по обстоятельствам и хвала Мамоне, что он вездесущ. Уж поверьте мне, Реформация будет в наших с вами интересах.
- Это если Храм ее примет, - уточнил Антон.
- Если, - спокойно согласился Ланс. - Но я надеюсь, что примет. Послезавтра большой диспут намечен, тогда, наверное, и наступит ясность.
Антон кивнул. Предстоящий богословский диспут между ведущими Петром и Мартином освещался в газетах около месяца и буря, поднятая вокруг их предстоящей встречи, уже грозила затмить само противостояние двух самых влиятельных иерархов Храма.
Ведущий Мартин отстаивал идеи реформации. Поговаривали, будто бы он же их и выдвинул, но влиятельная газета "Слово" - выходившая, между прочим, в девяносто пяти городах! - опровергала эту версию. Тем не менее, ведущий Мартин был таким ярым проповедником реформации, что многие теперь ассоциировали ее именно с ним. Его оппонент, напротив, слыл суровым ортодоксом и даже носил неофициальный, но вполне заслуженный титул "оплота традиций". Если бы ведущему Мартину удалось склонить такого титана на свою сторону, победа реформации действительно была бы не за горами. Но, опять же, "если".
- Да, и еще кое-что, - добавил Ланс, прервав ход мыслей Антона. - Вы, когда наставляете на кого-то незаряженное ружье, прикрывайте курки рукавом. За стенами народ к оружию привычен, заметят сразу.
Антон глянул на трехстволку и хмыкнул.
- Совсем забыл, что я из нее уже стрелял, - проворчал он.
- Это бывает, - сказал Ланс. - Кстати, бывает довольно часто, поэтому я бы рекомендовал вам держать оружие заряженным. Лучше лишний раз пальнуть в потолок, чем не пальнуть, когда это необходимо.
Антон посмотрел в потолок. На нём располагались две горящие лампы и система управления фонарем. Выстрел туда из трехстволки действительно был бы лишним.
Из "Скорохода" выглянула Иния. Вначале она выставила на крышу ящик с инструментами, затем коробку передач с торчащими во все стороны болтами, и шустро вылезла сама. Ланс помог ей перенести трофей в кабину.
- Вот, - сказала Иния, передавая Антону обрывок бумаги.
На нем девица записала тринадцатизначный код из букв и цифр. И те, и другие были печатные, без единой округлости, и идеально ровные. Такой шрифт обычно использовали на постаментах. Сам код Антону ничего не говорил. Лансу - тоже.
- Не знаю такого, - сказал он и мотнул головой. - Так "Скороходы" - это элита. У меня таких знакомств вообще нет.
- Элита, - тихонько проворчала Иния. - А механика в ужасном состоянии. - она открыла двери в машинное отделение и с порога добавила: - Выбрала передачу получше, но ее надо как следует промазать, прежде чем ставить.
- Погоди, - сказал Антон. - Вначале отойдем от заражения.
Иния кивнула и скрылась в машинном отделении. Шагоход сделал несколько шагов назад. Луч света упал на опутанные корнями ноги "Скорохода". На одном из шипов висела почти целая человеческая кисть. Кожа, там, где она сохранилась, была белая.
- Не повезло бедняге, - произнес Ланс, впрочем, без всякого сочувствия в голосе.
Антон поспешно отвернулся и, чтобы скрыть свою "новичковую" реакцию, сделал вид, что это он повернулся к переговорной трубе.
- Иния, - сказал он. - Можешь менять передачу.
- Ага, - отозвалась девица. - Я быстренько.
Справилась Иния действительно быстро. Не прошло и десяти минут, как из трубы донеслось:
- Готово! Пошагайте для проверки.
Антон дал самый малый ход. Шагоход сделал два шага назад, потом два вперед. Нога больше не подвисала.
- У меня все нормально, - доложила Иния.
- У меня тоже, - ответил Антон. - Давайте убираться отсюда.
Никто не возражал. Антон отвел шагоход еще немного назад и направил его в боковой проход. Двери в машинное отделение открылись и внутрь протиснулась Иния, придерживая створки локтем. В руках девица держала три кружки.
Они тоже были из запасов Кади - металлические, с большой ручкой, обмотанной синей тканью. Ткань фиксировалась на месте тонкой проволочкой. Из кружек поднимался пар. Двери еще не успели закрыться, а по кабине уже разлился сладковатый аромат липового чая, приправленный, увы, легчайшим амбре илового масла. Антон поморщился. Всё-таки липовый чай был из дорогих сортов и пить его следовало с удовольствием, наслаждаясь процессом, а не морща нос.
- Что нашла, того и заварила, - сказала Иния. - Зато горячее.
- Ты молодец, - похвалил Антон девицу, за что получил кружку первым.
Ланс дал Инии медную монету и прибавил к этому "огромное спасибо". Девица тихо проворчала, что душа уважаемого инженера наверняка стоила дороже, но тот уже, прихлебывая чай, внимательно глядел на карту.
