В последние сутки пути – кажется, в районе Ченнаи – в мой вагон заселилась орава шиваитов, от мала до велика в черных одеждах и с горящими глазами. Они умудрялись принимать душ прямо в поезде, что как будто подчеркивало их чистоплотность, но при этом ели, как настоящие свиньи. Однажды они попросились на мою полку поесть «всего на пять минут» – после все сиденья были заляпаны желтым масала-карри-маслом от бирьяни.
В следующий раз я просто отказался пустить их и показал пальцем на соседние полки.
Только в последнюю ночь, когда поезд шел уже по Керале, мне удалось поспать, вытянув ноги, которые уже начинали болеть в области коленей, так как все время были в полусогнутом положении. Их не удавалось свесить с полки в проход – все время кто-то ходил мимо, больно ударяя по голеням ведрами с водой или баками с чаем.
Это было серьезным испытанием на прочность силы духа, которое я выдержал и даже не тронулся умом. Семьдесят два часа железнодорожного индийского ада пройдены.
Я добрался до старинных друзей в округе Тируванантапурам, в городке Варкала. После Непала здесь жарко, влажно и есть Индийский океан. К хорошему, как известно, быстро привыкаешь, а отвыкать не хочется.
Первую неделю я провел у друзей – с ними же и встретил Новый год, и это было очень сильное и приятное впечатление. В последний раз мы виделись пять лет назад, но при встрече нам показалось, что этих лет как будто бы и не было вовсе, несмотря на то что тут же в доказательство обратного бегал и резвился пятилетний Феликс – точная копия одновременно и папы, и мамы, что бывает, как мне кажется, довольно редко.
По определенным причинам перед самым Новым годом, 29 декабря, мне нужно было переехать в другое место, а потому я заблаговременно стал подыскивать себе жилище.
В одной из групп на фейсбуке мне подсказали название «хоум-стэя» (вид хостела или отеля, когда путешественник живет в семье за деньги, то есть нечто среднее между каучсерфингом и букингом – сервисом для поиска коммерческой недвижимости). Загуглив местоположение, я направился на поиски дома.
По указанному на гугл-карте адресу, а вернее, в обозначенной точке, ничего не оказалось, и я решил пойти в сторону Клиффа. Клифф – это прибрежный утес с пешеходной улицей, магазинчиками и ресторанами и прилегающим к отвесной стене пляжем, самое привлекательное для туристов место Варкалы – по сути, пешеходный центр города. Я стал заходить во все дома с вывесками «хоум-стэй», попадавшиеся на пути.
Зайдя в первый же дом, я встретил удивительной красоты девушку Тамеллу, с которой мы начали разговаривать на ломаном английском.
В какой-то момент Тамелла не знала, как сформулировать мысль, и сказала: «Я не знаю, как это сказать по-английски, могу только по-русски». «Russian?» – переспросил я. «Yes, russian, russian»... «Тогда можно перейти на русский», – предложил я, и мы оба рассмеялись.
Тамелла – наполовину русская, наполовину азербайджанка, девушка (правильнее было бы сказать «женщина», но для меня она именно девушка) со сложной, неординарной судьбой. Я не буду называть ее возраста, скажу лишь, что воспринимал ее как помещенную в тело тридцатилетней женщины душу двадцатипятилетней девчонки-задиры. Это было тем более странно, учитывая подробности ее жизни, которые она открыла мне за время гостевания в «хоум-стэе» «Ом Шива» и которые я не могу привести здесь. Опишу лишь один из интересных фактов, характеризующий ее весьма ярко.
Почти каждый день Тамелла ходила на лестницу, ведущую к пляжу с Клиффа, и с помощью мотыги и щетки приводила эту лестницу в порядок, очищая от окаменевшей глины, намытой за сезоны дождей – муссонов. Эта девочка с красивыми, скульптурно выточенными чертами лица, нежными линиями груди под футболкой, с тонкой талией и по-восточному очерченными бедрами, в дни тропической жары орудовала мотыгой, до ссадин, до синяков на теле, причем совершенно безвозмездно – просто для людей: чтобы им было лучше, чтобы никто не поскользнулся на крутых ступеньках утеса.
Весь немаленький особняк «хоум-стэя» – двухэтажный дом с огромным холлом-гостиной, растянувшимся в высоту на два этажа, обрамленный галереей по всему периметру со входами в разные комнаты, включая мою, – Тамелла отмыла и начистила до блеска собственными руками. Делала это она, во-первых, просто потому что хотела жить в чистоте, а во-вторых, ей были по-человечески очень близки хозяева этого дома.
Сначала Сутья, хозяйка «Ом Шивы», показала мне очень опрятную, чистую комнату с большой двуспальной кроватью за пятьсот рупий, что превышало мой бюджет, и я объяснил это Сутье. Тогда она предложила мне маленькую комнатку, не столь уютную, где на стенах были разводы от влаги после сезона дождей. Впрочем, в помещении было все, что нужно: рабочий стол в виде железобетонной плиты в торце комнаты, кровать и вентилятор. Сутья добавила, что в стоимость входит чай и можно пользоваться кухней, но больше всего меня привлекла цена – двести рупий за все удовольствие.
Я оставил небольшой задаток и отправился на пляж.
