| Then, noticing that she was sitting on something uneven, she slid off Winston's knees on to the bench. | Потом почувствовала, что сидит на неровном, и сползла с его колен на скамью. |
| 'Beg pardon, dearie,' she said. 'I wouldn't 'a sat on you, only the buggers put me there. | -- Извини, голубок, -- сказала она. -- Я не сама на тебя села -- паразиты посадили. |
| They dono 'ow to treat a lady, do they?' She paused, patted her breast, and belched. | Видал, что с женщиной творят? -- Она замолчала, похлопала себя по груди и рыгнула. -Извиняюсь. |
| 'Pardon,' she said, 'I ain't meself, quite.' | Сама не своя. |
| She leant forward and vomited copiously on the floor. | Она наклонилась, и ее обильно вырвало на пол. |
| 'Thass better,' she said, leaning back with closed eyes. | -- Все полегче, -- сказала она, с закрытыми глазами откинувшись к стене. -- Я так говорю: никогда в себе не задерживай. |
| 'Never keep it down, thass what I say. | Выпускай, чтоб в животе не закисло. |
| Get it up while it's fresh on your stomach, like.' She revived, turned to have another look at Winston and seemed immediately to take a fancy to him. | Она слегка ожила, повернулась, еще раз взглянула на Уинстона и моментально к нему расположилась. |
| She put a vast arm round his shoulder and drew him towards her, breathing beer and vomit into his face. | Толстой ручищей она обняла его за плечи и притянула к себе, дыша в лицо пивом и рвотой. |
| 'Wass your name, dearie?' she said. | -- Звать-то тебя как, голубок? |
| ' Smith,' said Winston. | -- Смит, -- сказал Уинстон. |
| 'Smith?' said the woman. | -- Смит? |
| ' Thass funny. | Смотри ты. |
| My name's Smith too. Why,' she added sentimentally, | И я Смит. -- И, расчувствовавшись, добавила: -- Я тебе матерью могла быть. |
| 'I might be your mother!' | Могла быть и матерью, подумал Уинстон. |
| She might, thought Winston, be his mother. She was about the right age and physique, and it was probable that people changed somewhat after twenty years in a forced-labour camp. | И по возрасту, и по телосложению -- а за двадцать лет в лагере человек, надо полагать, меняется. |
| No one else had spoken to him. | Больше никто с ним не заговаривал. |
| To a surprising extent the ordinary criminals ignored the Party prisoners. | Удивительно было, насколько уголовники игнорируют партийных. |
| 'The polITS,' they called them, with a sort of uninterested contempt. | Называли они их с нескрываемым презрением "политики". |
| The Party prisoners seemed terrified of speaking to anybody, and above all of speaking to one another. | Арестованные партийцы вообще боялись разговаривать, а друг с другом -- в особенности. |
| Only once, when two Party members, both women, were pressed close together on the bench, he overheard amid the din of voices a few hurriedly-whispered words; and in particular a reference to something called 'room one-oh-one', which he did not understand. | Только раз, когда двух партийных женщин притиснули друг к дружке на скамье, он услышал в общем гомоне обрывки их торопливого шепота -- в частности, о какой-то "комнате сто один", что-то совершенно непонятное. |
