| Ampleforth marched clumsily out between the guards, his face vaguely perturbed, but uncomprehending. | Амплфорт в смутной тревоге и недоумении неуклюже вышел с двумя надзирателями. |
| What seemed like a long time passed. | Прошло как будто много времени. |
| The pain in Winston's belly had revived. | Уинстона донимала боль в животе. |
| His mind sagged round and round on the same trick, like a ball falling again and again into the same series of slots. | Мысли снова и снова ползли по одним и тем же предметам, как шарик, все время застревающий в одних и тех же лунках. |
| He had only six thoughts. | Мыслей у него было шесть. |
| The pain in his belly; a piece of bread; the blood and the screaming; O'Brien; Julia; the razor blade. | Болит живот; кусок хлеба; кровь и вопли; О'Брайен; Джулия; бритва. |
| There was another spasm in his entrails, the heavy boots were approaching. | Живот опять схватило: тяжелый топот башмаков приближался. |
| As the door opened, the wave of air that it created brought in a powerful smell of cold sweat. | Дверь распахнулась, и Уинстона обдало запахом старого пота. |
| Parsons walked into the cell. | В камеру вошел Парсонс. |
| He was wearing khaki shorts and a sports-shirt. | Он был в шортах защитного цвета и в майке. |
| This time Winston was startled into self-forgetfulness. | От изумления Уинстон забыл обо всем. |
| ' YOU here!' he said. | -- Вы здесь! -- сказал он. |
| Parsons gave Winston a glance in which there was neither interest nor surprise, but only misery. | Парсонс бросил на Уинстона взгляд, в котором не было ни интереса, ни удивления, а только пришибленность. |
| He began walking jerkily up and down, evidently unable to keep still. | Он нервно заходил по камере -- по-видимому, не мог сидеть спокойно. |
| Each time he straightened his pudgy knees it was apparent that they were trembling. | Заметно было, как дрожат его пухлые колени. |
| His eyes had a wide-open, staring look, as though he could not prevent himself from gazing at something in the middle distance. | Широко раскрытые глаза неподвижно смотрели вперед, словно не могли оторваться от какого-то предмета вдалеке. |
| 'What are you in for?' said Winston. | -- За что вас арестовали? -- спросил Уинстон. |
| 'Thoughtcrime!' said Parsons, almost blubbering. | -- Мыслепреступление! -- сказал Парсонс, чуть не плача. |
| The tone of his voice implied at once a complete admission of his guilt and a sort of incredulous horror that such a word could be applied to himself. | В голосе его слышалось и глубокое раскаяние и смешанный с изумлением ужас: неужели это слово относится к нему? |
| He paused opposite Winston and began eagerly appealing to him: | Он стал напротив Уинстона и страстно, умоляюще начал: |
| ' You don't think they'll shoot me, do you, old chap? | -- Ведь меня не расстреляют, скажите, Смит? |
| They don't shoot you if you haven't actually done anything--only thoughts, which you can't help? | У нас же не расстреливают, если ты ничего не сделал... только за мысли, а мыслям ведь не прикажешь. |
| I know they give you a fair hearing. | Я знаю, там разберутся, выслушают. |
