– Может, всѐ-таки по рюмахе? Всѐ равно сидим? – оживился дед.
Предложение было отклонено, через минуту Соколов грустный,
но трезвый ехал на вокзал.
Капитану Кудашову, новому ротному, очень не хватало стека.
Впрочем, он обходился и без него. Подобного вторая рота ещѐ не
знала… Вторая рота во главе со Шматко, построенная в казарме, была
единственной прямой линией в казарме. В результате тотальной
ревизии, предпринятой Кудашовым, посреди казармы высились завалы
из матрасов и тумбочек, содержимое последних было вывалено на пол.
Перед строем прохаживался капитан Кудашов, за неимением стека
обходившийся перчатками.
– Если вы называете это порядком, то что же тогда беспорядок?!
Постели не отбиты! Под тумбочками пыль! Дневальный не пострижен!
Не знаю, что здесь было до меня, но с этой минуты всѐ будет
по-другому!
105
– Товарищ капитан, парко-хозяйственный день у нас по субботам,
то есть завтра…
Кудашов решил внести нотку здравого смысла в замечание
Шматко.
– Завтра, товарищ лейтенант, будет завтра!
– Ага, а послезавтра – послезавтра, – подсказал капитану голос из
сторя.
– Кто сказал?! Я спрашиваю, кто там, в строю, вякнул?! –
Вякальщик молчал. – Стало быть, никто? Отлично. Открываем оружейку,
солдаты получают оружие. Бежим марш-бросок.
– Товарищ капитан, у нас нет марш-броска по плану, – по крайней
мере, в планы Шматко марш-бросок не входил.
– План утверждает командир роты, – просветил капитан
Кудашов. – Ещѐ раз повторяю: марш-бросок, шесть километров.
– Так холодно ж, товарищ капитан, – попытался разжалобить
нового ротного Бабушкин…
– В противогазах! – отрезал Кудашов.
Солдат ничем не хуже моряка. Своего тоже видит издалека.
Спящий в одном из купе солдат спал здесь не случайно. Он дожидался
правильной команды. Соколов, запихнув тяжеленный чемодан под
полку, небрежно бросил так, чтоб полпоезда вздрогнуло:
– Рота, подъѐм!
– Куда подъѐм? Какой подъѐм? – Вакутагин – а это был именно
он – умудрился растерять армейские привычки всего за десяток дней
свободы…
– Товарищ рядовой, когда входит старший по званию,
военнослужащий должен вставать! – всѐ ещѐ не открыв глаза, Вакутагин
беспрекословно выполнил команду. Всѐ так же, не видя Соколова,
Вакутагин постепенно приходил в норму уставных отношений.
106
– Извините, товарищ, – необходимость обратиться по званию
заставила Вакутагина открыть глаза. – Сокол?
– Я вам не Сокол, а товарищ ефрейтор.
– Кузя… Кузьма!
– Что? Проснулся? Ну, здорово, тундра, – объятия друзей были
искренними, каждому стало чуть легче. Всѐ ж таки возвращаться
вдвоѐм – совершенно другой расклад.
– А как ты здесь? У тебя же билет на другой поезд…
– «Захват-2» смотрел? Меня с вертолѐта на крышу высадили, –
совершенно серьѐзно сообщил Соколов, – я окно выбил.
– Не, я серьѐзно, – докопался Вакутагин.
– Да поменял я билет, – сдался Соколов, – из отпуска и так тоска
возвращаться, да ещѐ одному… У тебя свободно?
– Свободно.
– Так чего ты меня на пороге держишь?
Конечно, стадо антилоп перемещается с куда большим
изяществом и скоростью. Зато только солдаты могут преодолевать
большие расстояния в противогазах.
– Бежим, бежим! – подбодрил роту Гунько. – Щур, ещѐ раз увижу,
что жрѐшь снег!.
– Так пить хочется…
– А гланды потом назад запихивать не хочется?! Бегом! Никто не
останавливается, все бегут! Автоматы в снег не роняем!
Знай, куда они едут, кто знает, быть может, Соколов и Вакутагин
придумали бы способ несколько отложить своѐ возвращение в часть.
– Ну, рассказывай, – решил расшевелить соню Соколов, – как
отдохнул?
107
– Отлично отдохнул. На охоту ходил. На рыбалку ходил. А ты
как? Куда ходил?
– Да так. В основном дома, – вздохнул Соколов.
– А-а, ну да, с девушкой своей. У меня, кстати, вот, – Вакутагин
извлѐк из чемодана объѐмистый пакет и передал Соколову, – всѐ из
твоего чемодана, все твои подарки…
– И у меня, – пакет примерно того же объѐма проследовал в
обратном направлении, – вот, здесь всѐ твоѐ, там только это, травы не
все, рассыпались, наверное…
– Пользовался? – Вакутагин внимательно осматривал бубен.
– Да ты чѐ? Я ж говорю, рассыпались…
– Пользовался, – для верности Вакутагин обнюхал шаманский
инструмент, – я же вижу, помогло?
– Ваня, я ж не умею…
– Из тебя, Кузьма, хороший шаман получится, ты добрый.
– Ладно тебе, – засмущался Кузьма, – слушай, а чего это мы
сидим, у меня же наливочка вишнѐвая…
– Не, я если сейчас выпью – сразу свалюсь, у нас же сейчас ночь…
– Да она не крепкая, ты попробуй, – личный пример, как всегда
убедил лучше слов, – на, пригуби!
– Вкусно…
– Я ж говорю, мама делала, ты подожди, я сейчас за стаканами
сгоняю…
Вероятно, в каком-нибудь малоизвестном разделе устава так и
записано: командир роты обязан издеваться над подчинѐнными. По
счастью, не каждый ротный дошѐл до этой страницы. Кудашов – дошѐл.
Отправив солдат в шестикилометровую пробежку, капитан решил
