– Может! – подтвердил Гунько. – Им, татарам, всѐ равно, что водка,
что пулемѐт, – лишь бы с ног валило!
– Отличная идея! – Староконь аж просветлел лицом. – Так и
запишем! С завязанными глазами… Ответственный старший лейтенант
Смальков. Щур! Где Щур?
– В наряде, – доложил Гунько.
– Ладно, передадите ему, что он, как человек с высшим
образованием, покажет делегации на карте все страны блока НАТО.
Ответственный – лейтенант Шматко. Ну, и главное… Хорошую военную
песню исполнит Нестеров! Слышишь, Нестеров?
– Так точно!
– Это дело я буду контролировать лично! Гитара у тебя в порядке?
– В полном!
– Это хорошо! Значит, так – все надписи на гитаре стереть!
Особенно ту, что возле наклейки с тѐткой! Да, и тѐтку тоже убрать! А я
попробую достать звукосниматель, чтоб звук был, как этот –
долби-сюрраунд!
– Товарищ майор, звукосниматель не нужен – у них выносной
микрофон
на
стойке!
–
проявил
Фахрутдинов
нежданную
сверхинформированность.
– А ты откуда знаешь? – удивился Староконь.
– Да я так, – смутился рядовой, – до армии подрабатывал на
областном телевидении – насмотрелся там!
– Ладно, поправки принимаются! Так, про надписи на гитаре я
сказал, Нестеров… Сказал?
Иногда вечер мудренее утра. Староконь решил, что выбор
репертуара – дело вечернее. Желание лечь спать – стимул ничуть не
менее сильный, нежели желание покушать или выпить…
157
– Так, бойцы, времени мало! Давайте уже определяться. Версии! –
начал отбор замполит.
– А давайте эту! Про батяню-комбата? А? – предложил Лавров.
– Эту песню только ленивый не споѐт. Нет, надо что-то
оригинальное, – забраковал замполит.
– О! А давайте про поручика Голицына споѐм, и корнета
Оболенского, – вдохновился Нестеров.
– Нет, это белогвардейщина, – замполит идеологические вопросы
чувствовал чрезвычайно тонко. – Вот «Любэ» было бы хорошо! Его наш
Президент любит! Жаль, что уже спели… Секут фишку, а мы пока сопли
жуѐм…
– А давайте всех уделаем Западом! Все знают! – жутко перевирая
текст и ноты, Лавров заорал: – You in the army now! O-uo! – Лучше всего
получилось «O-uo!»
– Ты, Лавров, в НАТО собрался? – остудил рядового Староконь. –
Башку сначала нормальную отрасти, а потом предлагай, рейнджер
сраный.
– Товарищ майор, а давайте эту! Очень простой мотив! – вдруг
проснулся Соколов:
И вот стою я на плацу
В парадной форме, навсегда покинув строй…
И чуть не слѐзы по лицу.
Сегодня к матери-отцу
Солдат уходит домой.
– Что это за песня? – замполиту тема не понравилась. – Самопал?
Нет, надо что-то популярное.
– А давайте «Десятый наш десантный батальон»! – проснулся
Щур. – Кирюха, подыграй.
158
Нас ждѐт огонь смертельный
И всѐ ж бессилен он…
Старая песня неожиданно круто пошли, первым начал подпевать
замполит:
Сомненья прочь, уходит в ночь отдельный…
После замполита подхватили все:
Десятый наш десантный батальон!
Когда Лавров дал финальный аккорд, петь всѐ ещѐ хотелось.
– ОНО! – провозгласил майор Староконь. – Отлично! Только при
чѐм тут десантный батальон?
– А мы «десантный» поменяем на «пехотный» и будет –
зашибись! – нашѐлся Лавров.
– Отилчно! Ставлю задачу – вспомнить слова, поменять одно и
отрепетировать! Соколов, ты – старший! Я в вас верю! Мешать не буду.
Пока! – Ушѐл замполит стремительно, видно, куда-то спешил. Явно – не
учить номер для телевидения.
– А сейчас старший дядя назначит исполнителей, – подхватил
эстафетную палочку замполита Соколов, – молодых исполнителей. У
нас будет дуэт! Ну, понятное дело, – Нестеров, он у нас музыкант. И
Лавров! Давайте, учите!
– Мужики, а кто-нибудь слова-то помнит? – спохватился
Нестеров.
Слов не помнил никто.
159
Преодолевать полосу препятствий – это не песни петь. Особенно
если мероприятие проходит под контролем офицера гестапо, в миру
известного как капитан Кудашов. Сегодня к его традиционным
перчаткам добавился секундомер.
– Ну, вот! На третий раз получше! – прокомментировал капитан
очередной финиш. – Но ещѐ не идеал! А чѐ такие лица невесѐлые?.
Вы что, «пол-Европы по пластунски пропахали»? А ну, «деды», улыбки
девять на двенадцать и зафиксировать секунд на двадцать!
«Старики» мученически улыбнулись – такая улыбка могла
понравиться только Кудашову…
– Вот, другое дело! Вот такие счастливые лица и должны остаться
в памяти телезрителей. Держать улыбку…
Пока бойцы держали убытку, к будущим участникам телешоу
подошѐл майор Зубов.
– Смирно! – моментально отреагировал комроты.
– О! Весело тут у вас, – отреагировал на улыбки дедушек майор. –
Ну, как дела, Павел Наумович?
– Процесс идѐт! К вечеру планируется достижение рекордных
результатов!
Процесс шѐл и на фронтах военно-политической подготовки,
проверку вѐл Шматко, отвечал Щур.
– Итак, в блок НАТО входят… – начал Щур.
– Стоп! Давай помедленнее и с чувством! – внѐс коррективы
Шматко. – Всѐ-таки не девок по списку вызываешь, а наших
потенциальных противников.
– В агрессивный блок НАТО, – добавил эмоций в голос Щур, –
