– Не только. Еще на французском, немецком. Языки я выучил самостоятельно.
– Где мы находимся?
– Наша метрополия. Город «Стена». Удивились названию?
– Мы уже давно ничему не удивляемся. У вас, в России зазор между представлением и реальностью настолько велик, что, знаете ли, глагол «удивлять», кажется, теряет смысловую нагрузку. За короткое время столько много невероятных событий, приключений, что сил никаких нет на чувства. Поэтому, просто расскажите нам, где мы, кто вы, и что вы от нас хотите? Пожалуйста!
Полковник позвонил в колокольчик, который стоял на столе. Подошла девушка в белом переднике. Точь-точь как в кино из далекого двадцатого века. Она поставила на стол перед астронавтами четыре кружки из тонкого фарфора, чайник из которого шел пар. Красивую вазу со сладостями. Она исчезла, так же незаметно, как и появилась.
– Она служанка этого дома. Редко, но я принимаю гостей. Это что-то типа гостиницы. Когда вам что-нибудь понадобится, достаточно позвонить в колокольчик. Они есть в каждом помещении отеля.
– Как ее зовут?
– Ее призывают колокольчиком, я же сказал. По другому, никак. Вы задали несколько вопросов. Отвечаю. По специальности я военный строитель. Начинал строить стену между Россией и Европой еще до термоядерного взрыва и последующей за этим климатической катастрофой. С тех пор, маленький строительный городок вырос и стал хорошо укрепленным городом. У меня свой проектный исследовательский институт стены, лаборатория материалов стены, аварийная служба стены, производственные корпуса, склады, университет стены, и прочее. Мы обучаем с детства людей ремеслу работы на стене. И, конечно, у меня своя армия. Маленькая, но профессиональная армия. Я постоянно стремлюсь к развитию. Я теперь понимаю, что по- настоящему начав что-либо, закончить нельзя.
– Зачем вам стена между Европой и Россией?
– Вы не понимаете! Стена это рабочие места, это политика, это идеология, это наша экономика, наше благополучие, это, я даже вам скажу – наша философия. Толпы людей мечтают попасть к нам на работу. Ради стены у нас люди жертвуют жизнью. Мы помним своих героев стены. Это наша русская национальная идея, если хотите. А вы спрашиваете, зачем стена. Строительство стены давно потеряла свою цель – она ведь уже построена – стена важна для нас всех как процесс. Форма потеряла свое значение, остался чистый смысл! Чувствуете философию?
– Но ведь стена уже построена. Что же делают люди? – спросил Алекс.
– Как, что? Ремонт, реконструкция, модернизация, профилактика, контроль над состоянием, очистка стены от агрессивных растений, проектные работы по переустройству. А еще – изоляция от проникновения к нам бактерий, вирусов, санитарные работы по инфильтрации вражеских инфекций. У нас молодые историки пишут монографии по истории строительства стены. Ученые проектируют макеты будущего стены. Изобретают новые материалы, инструменты, технологии ремонта и строительства. Так, что название города соответствует содержанию города. Я езжу по всей стране, ищу специалистов, профессионалов … Хотя, что я говорю? В последнее время ищу просто грамотных людей … Извели породу, сволочи!
– Как вы узнали о нас? – спросил Борис. А Рудольф добавил: – Откуда вы знаете, что доложат Главкому?
– Я знаю все, что происходит в администрации Главнокомандующего. И о вашем бегстве мне сообщили, и о травме лупоглазого.
– Кого?
– Дмитрия Дмитриевича, кого же еще. Приложили вы его здорово!
– Так он живой?
– Жив и здоров, в госпитале. Выходить не хочет. Боится гнева Главкома. Идиот! Упустил такой куш!
– Так значит, связь все же есть?
– Есть. Только на средних волнах. Уже никто не помнит о такой связи. Наши самобытные умельцы-радиолюбители наладили. Богата земля русская талантами.
– А куда делся интернет?
– О-о … Вспомнили! Давно уже нет. Задолго до ядерного взрыва мы уничтожили все оптоволоконные кабеля под океанами. Часть спутников мы уничтожили, часть сами упали, часть европейцы уничтожили. В каких-то странах, говорят, остался внутренний, но у нас, слава богу, нету.
– Вы можете связаться с Европейскими странами?
–Ну, нет! Что вы! Связь только внутри страны. С Европой телефонной связи нет. Да и зачем вам это?
– Как зачем? Вы меня удивляете. Нам категорически срочно нужно связаться с европейским космическим агентством (European Space Agency) в Нордвейке, это в Южной Голландии, недалеко от Амстердама, или с основным центром управления полетами (Space Operations Center) в Дармштадте, это в Германии.
– Вы действительно давно не были на Земле. Нет больше того, что вы ищете.
– Но, почему? Куда все делось?
