Взгляд упал на старый, пыльный телефон, лежавший рядом с ноутбуком. Будто это был последний шанс. Физическая передача данных. Для Хлои, человека цифры, это была крайняя мера. Чистое безумие.
— Физический. Нет. Это… это чистое безумие.
Она знала. Джек не справится без этой информации. Он и так был на грани.
В её глазах вспыхнула решимость. Медленно. Рука сама потянулась к телефону.
— Но… если нет другого пути. Джек… он же… ну, он не справится без этого.
Прогорклый запах масла и старой крови въелся в стены «Мёртвого Якоря». Он висел, густой и липкий, смешиваясь с едким духом дешёвого пива, застоявшегося табака. Джек чувствовал его на языке. Горький привкус, знакомый до отвращения. Он вжался в тень у самого дальнего стола. Стулья скрипели. Дерево под пальцами было холодным и липким. Единственное окно, затянутое грязной плёнкой, едва пропускало тусклый, серый свет.
Каждый вдох отдавался болью в лёгких. Плечо ныло. Тупая, ноющая боль. Джек принял таблетки час назад, но они лишь притупили остроту. Не забрали её. Он чувствовал себя ржавым механизмом, медленно, скрежеща, приходящим в движение.
Дверь распахнулась. Порыв холодного, пропитанного сыростью ветра ворвался внутрь. Лампочка над барной стойкой качнулась, бросая пляшущие тени. Вошёл Иван «Шрам» Петров. Огромный. Тяжёлый, усталый взгляд. Глубокий, уродливый шрам рассекал всю правую щёку. Он оглядел бар. Глаза на мгновение задержались на Джеке. В каждом движении читалось недоверие. Осторожность.
Иван медленно подошёл к столу. Сел напротив, не отводя взгляда.
— Бауэр. — Голос низкий, хриплый. — Говорят… ты мёртв. Или… почти. Что тебе надо?
Джек выдохнул. Звук был тяжёлым, почти стоном.
— Информация. — Голос гортанный, едва слышный. Он непроизвольно пошевелил больным плечом. — ЧВК. «Феникс». Структура. Планы.
Иван покачал головой. Губы плотно сжаты.
— Дорого. И… рискованно. Я не… не хочу проблем. Снова. — Его взгляд скользнул по Джеку, безжалостно оценивая слабость. Измождённость. В глазах Ивана мелькнуло что-то. Сочувствие. Оно тут же исчезло.
Джек склонил голову. Взгляд его стал застывшим, непроницаемым. Он смотрел прямо в глаза Ивану.
— Проблемы… будут у всех. — Слова вылетали отрывисто. Каждое — как удар. — Если ты… — Короткая, плотная пауза. — …не дашь мне это. Сейчас. Понял?
Иван не отвёл взгляда. Несколько долгих секунд между ними висела тяжелая тишина. Скрипнула дверь. Кто-то зашёл в бар. Оба мужчины не обратили внимания.
Наконец Иван отвёл взгляд. Медленно выдохнул.
— Ладно. — Он снова посмотрел на Джека. — Но… они не одни. Там… там есть… другие. Внутри. Не все… согласны. С тем, что… что происходит. «Феникс»… он большой. Слишком большой. Много… много рук.
Джек кивнул. Неожиданная информация. Враг оказался не монолитным. Это усложняло задачу. Грязь этого места, казалось, въедалась в него. Отвращение, давно забытое, поднималось внутри. К этому миру. К самому себе за то, что он вынужден был опуститься до этого. Но проклятый, неумолимый инстинкт выживания цеплялся за каждую нить. Он презирал себя. Но его тело двигалось. Его разум искал путь.
— Контакты. — Джек заговорил. — Имена. Места.
Иван кивнул. Достал из кармана смятую пачку сигарет. Прикурил. Глубоко затянулся.
— Будет. Но ты… ты должен понять. Это… это не по-старому. Не так, как раньше. Они… они как тень.
Джек знал это. Он и сам стал тенью. Только более измождённой.
Офис Марка Новака в ЦРУ, обычно безупречный, сейчас напоминал поле боя. Стопки документов громоздились на полированном столе, заслоняя часть монитора. Экраны горели десятками открытых окон. Постоянно вибрирующий телефон на столе настойчиво требовал внимания. За окном – пасмурный, серый Вашингтон. Он отражал настроение внутри.
Новак сидел за столом. Его лицо, обычно спокойное, невозмутимое, было напряжено. Он потирал большой палец правой руки о безымянный — его привычный нервный тик. Пронзительно зазвонил телефон, на экране высветился номер Генри Уэллса, могущественного лоббиста. Новак глубоко вдохнул.
— Да, мистер Уэллс. — Голос был спокойным. Но с едва уловимым напряжением. — Я понимаю. Ситуация… э-э… находится под контролем. Мы… мы работаем над этим.
Из трубки донёсся жёсткий голос Уэллса.
— Под контролем, Новак? Мои клиенты теряют миллиарды. Биржи лихорадит. И этот… этот Бауэр. Он всё ещё на свободе. Это неприемлемо. Вы понимаете, что на кону, Марк?
На лице Новака не дрогнул ни один мускул. Его взгляд затвердел, стал холодным. Голос чуть тише. Но с отчётливой, леденящей угрозой.
— Я. Понимаю. Генри. И я. Обещаю. Это. Будет. Закрыто. Очень. Скоро. — Короткая, плотная пауза.
В углу кабинета, чуть в стороне, стоял Агент Томас Грей. Молодой. Нервный. Он то и дело потирал большой палец правой руки о безымянный. Держал планшет. На одном из мониторов перед ним, незаметно для Новака, была открыта вкладка его личного, давно заброшенного блога – «Тайные Переплетения». Там он когда-то анонимно писал о теориях заговоров. О корпоративной коррупции. Он быстро смахнул вкладку, когда Новак повернулся в его сторону. Но в его глазах мелькнула искра сомнения.