«Если хочешь вернуть братца живым, у тебя есть три дня на то, чтобы прекратить расследование по делу Бродски. Причем с таким результатом, чтобы ни один китиарец сюда больше не сунулся. И чтобы твой ручной жеребец в него поверил».
Коротко и по сути. Сон как водой смыло.
— Что ты планируешь делать? — спросил Алекс, направляясь в сторону бокса с одеждой.
Роул прислонилась к дверному косяку.
— Даже близко не представляю, — ответила она. — Но в Управлении мне, видимо, лучше не появляться.
Пока Коллингейм натягивал футболку и спортивные брюки, в голове у него крутилось только одно.
— Ты вообще понимаешь, — озвучил Алекс, — что ты могла сюда не долететь? Тебе не терпится воссоединиться с братцем?!
— Я испугалась.
Если бы фраза была произнесена с выражением ужаса на лице или просто с каким-нибудь выражением, Коллингейм бы не поверил. Слишком это было… слишком. Всё в этом деле было «слишком». Слишком много шума, слишком бурные выступления против безобидных китиарцев, слишком вульгарная смерть Бродски. Слишком быстро похитителям стало известно о прилете Тайни и ее родственных связях с Эмилем. Но Роул произнесла это с обычной невозмутимостью. Китиарка не хотела произвести на него впечатление. Не хотела убедить. Она информировала. И, скорее всего, делала это без особого удовольствия.
— Как ты открыла домовую дверь? — поинтересовался детектив.
— Я бы и квартирную открыла, — безлично сообщила Тайни. — Но посчитала это неэтичным.
Алекс кивнул. А что? Один взламывает сеть коммуникаторной связи, для другой двери не преграда… Скорее всего, «Золотой ключик» Хельги Стоунбридж был из того же источника. Детектив припомнил слова оператора, любовника Вечерней Феи, про высокопоставленного безопасника, который сделал ей этот презент. Наверняка она не врала. Просто не сказала, что «безопасник» был не поклонником, а китиарцем-куратором. А Роул сделала вид, что так и надо. Даже бровью не повела. М-да.
— Проходи, — пригласил Алекс. — Будем думать.
Тайни разулась и неуверенно огляделась. Коллингейм усмехнулся. Что-то ему это напоминало. Только в прошлый раз одежда Роул была мокрой от вина. А теперь — от дождя. Весенние ливни в Атован-Сити — ого! Куртка девушки была водооталкивающей и просто нуждалась в сушке. Брюки вымокли насквозь, и теперь вода стекала с них, оставляя следы на полу. Не угадала китиарка с брюками. Или угадала? Непохоже это на предусмотрительную Роул — выскочить в первой попавшейся одежде, не накинув капюшон… Видимо, сегодня у Тайни «Ночь Омовений». Как ночь начнешь, так ее и проведешь. Хе-хе. Детектив вернулся к боксу и вынул две чистые рубашки. Можно сказать, по традиции.
— А подлиннее ничего нет? — спросила китиарка.
И откуда вдруг столько целомудрия?
— Простите, вечерних платьев не держим, — Коллингейм с поклоном выложил варианты перед девушкой.
Тайни молча выбрала белую и скрылась в санзоне. Алексу стало стыдно. У китиарки действительно безвыходная ситуация. И пусть он не Принц на Белом зведолете, но обратиться ей больше не к кому. Точнее, есть к кому, поправился детектив, но из двоих она выбрала его, а не Майера. Того, кто вызывает у нее больше доверия. Некстати проснувшееся воображение предложило несколько альтернативных объяснений, в которых Коллингейм выступал в роли племенного лопоухого кролика. На развод. Но детектив мужественно отодвинул их в сторону. Брат Тайни пропал. Его нужно найти. Дедлайн — три дня. «Дед» в данном случае — именно «дед». Смерть.
Роул вышла из санузла в юбке из завязанной вокруг бедер рубашки. Выше была футболка. В цвет. Случайность? Или зловещий замысел? Алекс улыбнулся про себя нелепым мыслям. Девчонка всё же молодец, что прикрылась. На фоне более яркого света санзоны сквозь «юбку» просвечивали стройные ножки. И этого хватило, чтобы вызвать в детективе некоторое… шевеление. Алекс стал вспоминать позывные ребят из десантного отряда. Стало легче.
Тайни осторожно села на кровать. Если она его так боится, то и летела бы к своему «Вику»…
— Есть шансы найти их за три дня? — спросила девушка.
— Шансы есть всегда. Весь вопрос в их величине. Комм подбросили сразу после полуночи? СКАМ подчистил следы?
Роул пожала плечами.
— Скорее всего. Но стоит запросить записи, как злоумышленники об этом узнают.
Детектив кивнул. Его вопрос был скорее риторическим. Для раскачки.
— Ты понимаешь, что даже если ты выполнишь их требования, вряд ли они исполнят свои обещания? — на всякий случай напомнил Коллингейм.
Теперь кивнула Роул.
— Но если мы не выполним их требования, они однозначно выполнят свои угрозы, — чуть слышно возразила она.
— Не факт. Всё зависит от цели похищения.
— А какой может быть цель?
Алекс пожал плечами.
— Не знаю. Но зачем-то же их оставили в живых? — заметил он.
— Если бы их не оставили в живых, меня бы ничего не остановило. Я бы не успокоилась, пока не нашла бы гада, — твердо ответила Тайни. Она тщательно проговаривала каждое слово, будто клялась. — Нет, они хотят, чтобы мы улетели отсюда с результатом, при котором ни одного китиарца сюда не пустят. Чтобы защититься от мести.
— Или не улетели, — подсказал Коллингейм.
