- Может, где-то в лесах и остались, не знаю... Но вообще все они живут в Долине
Жизни. Не то что мы, несчастные смертные.
- А нам, несчастным смертным, не положено?
- Всем никогда ничего не положено, сударь. Всегда есть избранные.
- Чем же эти золотые львы лучше нас?
- Спросите господина Уридуса. Только он один знает, кто достоин вечной жизни, а кто
нет. Говорят, некоторым нерафянам тоже выдают пропускные грамоты. Попробуйте,
может, вам повезет.
- Господин Уридус живет в столице?
- Во дворце, сударь. Он - правая рука царицы... вечной ей жизни.
Беднягу Герца заботливо напоили каким-то горьким настоем. Он долго потом
отплевывался и ворчал.
- Ты же хотел выпить? - смеялся Льюис, - вот и получил!
- Вы у меня сейчас оба получите...
- Да ладно тебе! Зато мы узнали про Уридуса.
- Да я узнал бы то же самое в любой корчме за кружкой пива!
- А кто тебе мешает? Почему ты здесь до сих пор да еще всякую дрянь глотаешь?
- Знаешь что, Лью!..
Им было весело. Они смеялись, все еще полагая, что попали всего лишь в игру, в
которой правила устанавливают сами.
В корчме, за кружкой пива им рассказали, что Врата Бессмертия находятся далеко, в
Львиных горах, там есть ущелье Грома, вот в него-то и надо попасть, если, конечно, у них
есть пропускная грамота.
- А кому дают? - наивно распахнув свои голубые глаза, спросил Рыжий.
- 325 -
- Тебе дадут, - ответили ему пьяные собеседники, - тебе, - они кивнули на Льюиса, -
тоже... - а тебе вряд ли, - сказали они Кондору.
- Почему? - удивился он.
- Они-то львы, а ты нет.
Вообще-то, он был лев, самый что ни на есть золотой, но судили славные
собутыльники чисто по внешним признакам. Черноглазый, узколицый Кондор слишком
походил на их сородича из Нерафа.
- А нам никак нельзя? - поинтересовался он, изображая огорчение.
- Говорят, среди наших тоже есть достойные, - ответили ему насмешливо, - но это
знает только Уридус, вечная ему жизнь... и чирий на задницу... Да ты не переживай,
парень. В сырой землице спокойно, никто не пристает! Все туда ляжем места хватит. И
грамота не нужна! Охота была вечно небо коптить! Давай лучше выпьем.
- А если смерти нет? - спросил Льюис на всякий случай.
- Как это нет? - заржали собутыльники, - во дурной! Ты что, покойников никогда не
видел?
- А что!, - перебил всех один тощий парень, - я когда с крыши упал, то смотрю на себя
сверху, вижу - лежу на траве, и жена рядом бегает. Кричит чего-то. А я-то лежу. И сверху на
себя смотрю.
В ответ был только хохот.
- Все! Этому не наливать больше!
Герц хохотал вместе с ними. Льюису было весело. Только Кондор оставался
серьезным, его вообще трудно было сбить с толку.
- У нас не так много времени, - напомнил он, - кончайте пьянствовать.
- Завидует, - кивнул Герц, - ему вечной жизни не положено! На-ка лучше, глотни с
горя!
Льюис понял, что бравого шеорского царя не остановишь. Он взял его под один
локоть, Кондор - под другой. Так им удалось вывести его на чистый воздух.
- Да я не пьян совсем, - уверял Герц, - что мне будет с пива-то? Придуряюсь больше.
- Оно и видно.
- А веселые ребята, правда? Смерти не боятся!
- Боятся, - сказал Кондор серьезно, - потому и пьют.
Вообще, город Благорадостный не производил впечатления счастливого. Бедные
переселенцы, изгнанные с родины ледниками, уныло обживали чужие земли и готовились
к смерти, вечной и страшной темноте в холодной могиле. У них отняли родину, отняли
веру, отняли надежду, отняли чувство единения с этим миром, с этой живой и разумной
вселенной, где ничего не происходит просто так, случайно и зря. Даже дома их были
построены одинаково, скучно, без души.
Нерафяне завидовали золотым львам. Но тех тоже обманули. Вместо вечной жизни
подсунули вечное пребывание в одной ее стадии, в телесном воплощении, которое рано
или поздно себя исчерпывает, и наступает та же скука и пустота. Эту пустоту Льюис видел
в глазах Ибрагора.
- Не будем терять времени, - сказал он, - в столице нам делать нечего. Прыгаем сразу в
ущелье Грома.
***********************************************
Дорога к ущелью была хорошо утоптана. Тысячи золотых львов прошли по ней туда-
обратно много раз. Пока еще Врата Вечной Жизни выпускали своих пленников, не
подозревающих о том, что они пленники.
Дождь кончился. Солнце позолотило осеннюю листву. Внизу, огибая разноцветные
валуны, текла быстрая речушка, в нее скатывались тонкие струйки водопадов. Красота
была просто волшебная.
Потом впереди показалась черная, словно закопченная конструкция, шпилем
устремленная не вверх, а в бок. Скоро стало очевидно, что это космический корабль,
- 326 -
неудачно или аварийно приземлившийся на крутой склон. Близко подойти к нему не
удалось. Запретная территория была обнесена частоколом и охранялась, а пропускных
грамот у гостей из будущего не было. Они спрятались в кустарнике по другую сторону
речушки.
